Книга Лес Самоубийц, страница 125 – Джереми Бейтс

Неверный свет, пробивающийся сквозь густую крону, казался потусторонним. Пространство возле земли было наполнено ускользающими тенями и густой зеленью. Не уверен, было ли это на самом деле или лишь в моем воображении, но в этом месте лес будто бы стал еще гуще, стволы деревьев стояли так плотно, что нам приходилось выписывать зигзаги, чтобы обойти их. Мы шли сквозь густую траву, заросли папоротника, колючих кустов, и порой растительность оказывалась настолько густой, что мы, воздев руки вверх, преодолевали ее, как бурный речной поток.

Чем дальше мы продвигались, тем более суровым становился пейзаж. Вот мы миновали лиану, толщиной с мою ногу. Она оплела деревце и, задушив его, висела теперь гигантской спиралью в воздухе. Средних размеров сосна росла в форме подковы, будто за несколько лет своей жизни она решила послать ко всем чертям окружающий ее мир и вернуться под землю, откуда появилась. Лес был полон сушняка, который лежал под ногами и висел в кронах, застряв между ветвями. Невозможно было понять, где заканчивается одно дерево и начинается другое.

Каждую пару минут мы останавливались и раскладывали на земле крест из пары толстых веток, чтобы по этим меткам найти путь обратно.

Поразительное ощущение полной оторванности от мира, пребывания в запретной стране настолько овладело нами, что находка в виде еще одной ленты застала нас врасплох. Она была голубого цвета и тянулась перпендикулярно нашему движению. Мы обменялись парой реплик по поводу ленты, но продолжили путь. Мы были обязаны выполнить задачу, времени на рефлексию не было.

Я стал обдумывать предстоящую встречу. Задача теперь казалась сложнее, чем представлялась мне ранее. Издалека сложно будет определить, является ли человек у костра безобидным туристом, самоубийцей или же хладнокровным маньяком. Это значило, что мы не сможем попросту подкрасться к нему, пока он спит, и размозжить ему череп. Сначала нужно понять, кто это, для этого необходимо поговорить с ним, и здесь может заключаться большая проблема. Во-первых, кто бы ни был этот человек, он может испугаться и убежать. Во-вторых, если он, конечно, не носит футболку с надписью «Поприветствуй аокигахарского маньяка», как мы узнаем, преступник он или нет? А если он откажется с нами общаться, сможем ли мы его обыскать?

Ответ — да, сможем. Именно это мы и сделаем. К черту права человека — мы на военном положении!

После пяти вечера солнце, скрытое пеленой облаков, стало клониться к закату, и в лесу начало стремительно темнеть. Мы прошли, как я предполагал, больше трех километров. Три километра за два часа. До чайного клипера нам, конечно, далеко, но, учитывая ландшафт, скорость казалась приемлемой. Если мои расчеты верны, то до костра нам оставалось не более полутора километров. Я тревожился по этому поводу, ведь скоро нам придется передвигаться в полной темноте. А если мы сбились с пути? Или костер уже окажется покинутым? У нас не будет ориентира в виде яркого пламени. Придется разворачиваться и, не солоно хлебавши и истратив несколько часов драгоценного времени, идти назад к Джону Скотту и Нилу.

Я запретил себе думать об этом. Мы приняли решение и теперь должны добиться результата.

Мы обязаны добиться результата.

Я поднял две большие палки, выложил ими на земле крест и присел на корточки. Вскоре меня нагнали Мел и Нина. Девушки подошли, тяжело дыша.