Книга Идеальная дочь, страница 165 – Федерико Аксат

Выступить перед камерой Тима убедила Камила. Она объяснила: людям нужно живое лицо официального источника новостей, связанных с Софией.

И вот с помощью друга-фотографа Тим в рекордные сроки установил у себя в офисе камеру и осветительную систему. Он представился зрителям как главный редактор местной газеты и объявил ошеломительную новость: София жива.

Известие, прозвучавшее буквально через несколько часов после сообщений об арестах, вызвало сильнейший резонанс. Но обнаружились и другие детали, с точки зрения журналистики поразительные.

Жуткий эпизод, когда Конрад Холт подорвался на гранате, а агент Карсон получил смертельные ранения, стал предметом споров и разногласий. Некоторые полицейские отрицали официальную версию, утверждая, что это монтаж и их бывший шериф невиновен. В самом кабинете камер не было, но другие запечатлели взрыв с разных ракурсов. Эти записи, а также показания жены и старшей дочери Холта, яростно его защищавших, воспроизводились снова и снова.

Фрэнк Гаррет, которого признали главой сети, тоже погиб при сопротивлении аресту. Подробности не разглашались, но, судя по всему, адвокат пытался отстреливаться, и это стоило ему жизни. Семья Гаррета, потрясенная сначала смертью Дилана, а теперь и разоблачением чудовищных преступлений Фрэнка, покинула город и уехала в неизвестном направлении.

Имя Фила Холмса всплыло, когда стало известно, что его дочь София жива, однако было не до конца понятно, имеет ли он отношение к сети. Холмсу удалось ускользнуть от ФБР и скрыться. Видимо, он как-то узнал о готовящейся операции и вовремя сбежал. Свою компанию он так и не продал, но сумел скрыться без следа.

По поводу таинственного исчезновения директора Лендермана возникали разные теории, но особенного внимания оно не привлекло. Во-первых, полиции и ФБР еще предстояло разбираться с остальными участниками сети, а во-вторых, Тим, который постепенно становился главным авторитетом по делу, намеренно обходил эту тему стороной. Основная версия – ее активно продвигали родственники Лендермана – звучала так: директор погиб, помогая ФБР ликвидировать сеть.

Народицкому ничего не оставалось, кроме как сосредоточиться на Холте, Холмсе и Гаррете – доступа к информации о Софии у него все равно не было. Боясь отстать в гонке за звание главного репортера, он опубликовал эксклюзивные видео, которые педофилы записывали с помощью своих сыновей. Конечно, изображение было искусственно размыто, а голоса искажены, чтобы скрыть личности несовершеннолетних, но барьеры уже рухнули. Действия журналиста вызвали резкое осуждение, но в соцсетях начали появляться и другие видео, уже без должной защиты жертв. Народицкий защищался как мог и даже начал вести репортажи из заброшенного автокинотеатра, где было снято множество тех самых видео.

В течение нескольких дней ему удавалось удерживать интерес зрителей новыми подробностями, в основном вульгарными и неэтичными. А в это время Тим Доэрти укреплял свою репутацию, предоставляя только достоверную информацию и безоговорочно уважая решение Софии пока на публике не появляться.

Когда Тим объявил о втором видео про Софию, поднялся ажиотаж. Журналист не только раскрыл ранее неизвестные детали, но и предоставил самое долгожданное свидетельство – самой Софии. Аудиозапись длилась всего несколько минут, но это было ее первое обращение к миру.