Книга Идеальная дочь, страница 137 – Федерико Аксат

Карсон встал. Он явно волновался.

— Я скажу как есть: в конце концов, для этого я вас и пригласил. У меня такое ощущение, будто я вас знаю, миссис Джонс, и потому беру на себя смелость говорить с вами открыто. Я тысячи раз видел вас по телевизору, и мне кажется, что на экране вы такая же, как и в жизни. Взгляните на этот стол. Здесь нет досье ни на вас, ни на Тима Доэрти. Я не собираюсь вам угрожать или пытаться силой заставить вас молчать. Разумеется, мы за вами обоими наблюдаем, потому что… ну, собственно говоря, это наша работа.

Агент расхаживал по комнате. Временами он делал паузу, словно подыскивая нужное слово, а затем продолжал говорить.

— Операцию ведут из Куантико. Мы – самая важная ячейка, но последнее слово не за нами. То, что я делаю сейчас, ни с кем не согласовано. Я действую полностью в обход правил. Возможно, это будет стоить мне работы. Знаете, почему я на это иду?

Карсон снова сел. Вопрос был риторическим, и Камила молчала.

— Очень непросто, – продолжал агент, – иметь дело с подобными преступлениями. Я видел такие вещи, которых не забыть никогда. Но за последние три года мне стало еще тяжелее. У меня родилась дочь. И с тех пор что-то сломалось. Я больше не могу. Поверьте, дело не в эгоизме.

— Я полностью понимаю, агент Карсон. Мне самой пришлось пройти через похожее.

Карсон слабо улыбнулся.

— Я не пытаюсь убедить вас любой ценой, – сказал он. – У меня нет продуманной стратегии – только быть с вами честным.

— Я это ценю. Но меня беспокоит один вопрос. Для меня имеет особое значение исчезновение Софии Холмс. Я убеждена, что она не бросалась в реку. Сейчас мне как никогда ясно: Холт всеми силами пытается замять дело. Что же на самом деле случилось с Софией?

Карсон понимающе кивал.

— Я знаю, что у вас особое отношение к семье Холмс, – проговорил он.

Лицо Камилы стало жестким.

— Ответьте на мой вопрос, пожалуйста.

— София не покончила с собой, – подтвердил Карсон. – Холт сознательно провел расследование кое-как, тут я с вами согласен. Я понимаю, вы переживаете за жизнь Софии, как и все мы. Но на кону сотни подростков, которые страдают прямо сейчас. И если мы поступим правильно, то предотвратим очень большое зло.

— Агент Карсон, мне можете не объяснять, – сказала Камила. – Я не собираюсь ставить жизнь Софии или кого бы то ни было выше жизней других. Я просто хочу убедиться, что на девочку не махнули…

— О нет, конечно же нет, – перебил ее Карсон. – Я, в свою очередь, не допущу, чтобы жизнь Софии, ее целость и сохранность значили меньше, чем чьи-то еще. Даю вам слово.

«Ее целость и сохранность».

Камила пришла в ужас от подтекста, звучавшего в этих словах. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но так ничего и не произнесла. В голове у нее снова и снова крутилась одна и та же мысль.

— Миссис Джонс, через десять дней мы начнем аресты. Я прошу, чтобы до тех пор все, о чем мы здесь говорили, оставалось между нами. Любая утечка может стоить нам нескольких месяцев работы.

Карсон смотрел на Камилу так напряженно, что ей показалось, будто ее сейчас отбросит к двери. В этом взгляде не было ни тени враждебности, напротив – глубокое доверие и понимание.

Почему она не смогла ударить Майка?

София хотела сбежать больше всего на свете. Но когда момент настал, ее будто парализовало. Она застыла на полпути между кроватью и Майком и задышала часто-часто. Ей показалось, что она умирает. Палка с наэлектризованными гвоздями с грохотом упала на пол. Майк резко обернулся – как раз вовремя, чтобы увидеть, как у Софии подкашиваются ноги.