Книга Машина чудес, страница 113 – Наталья Николаевна Александрова

Жанна оказалась права. Надежду по чужой фамилии пропустили без проблем. Она уверенно прошла по коридору, постучала в дверь отделения повышенной комфортности, охранник только поинтересовался, кем она больному Коромыслову приходится. Вопрос был странный, какое ему, собственно, дело, кто навещает больного Коромыслова? Надежда решила, что, скорее всего, Жанна ему понравилась, он положил на нее глаз. Жанна женщина эффектная, платиновая блондинка, всё, как говорится, при ней.

Надежда хотела соврать охраннику, что она – двоюродная тётя Коромыслова из Новохопёрска, но вовремя опомнилась и сказала, что она – коллега по работе. Коллектив, дескать, интересуется, как дела у Романа Васильевича, вот ее и послали его проведать. Она даже продемонстрировала пакет с тремя апельсинами. Воровато оглянувшись, она миновала дверь в палату Ромы и толкнула соседнюю.

Старик сидел на кровати и читал толстую книгу. Рядом, на тумбочке, тихо бубнило радио. Увидев Надежду, больной взглянул на нее поверх очков и приветливо кивнул.

— Заходите-заходите… Я вас ждал.

— Вот как? – удивилась Надежда, хотя дала себе слово ничему больше не удивляться.

— Да, Надежда Николаевна, присаживайтесь, нам надо о многом поговорить.

— Вот именно, – согласилась Надежда, села на стул и положила на тумбочку апельсины. – Это вам. Угощайтесь.

— Спасибо. – Старик улыбнулся уголком рта.

Надежда заправила за ухо прядь волос и решительно начала:

— У меня к вам вопросы. И первый, классический: что это было?

— Вы о чем? – На лице старика отразилось недоумение.

Надежда заволновалась, старик явно не собирался открывать ей тайну.

— Вы прекрасно понимаете, о чем я говорю! – заторопилась она. – Секретные коды, Хранители, таинственная машина… Мне кажется, я заслужила, чтобы получить подробные объяснения, так сказать, из первых рук, разве не так?

Старик отложил книгу и посмотрел на нее пристально, как будто прикидывая, следует ли рассказывать Надежде всё подробно или ограничиться обычными общими фразами. Надежда твёрдо встретила его взгляд. Очевидно, старик выставил ей положительную оценку, потому что он снял очки, аккуратно убрал их в очечник, лежавший на тумбочке, потом сказал:

— Ну, в общем, вы правы. Я действительно должен вам кое-что объяснить.

— Не кое-что, а всё! – припечатала Надежда.

— Ну уж, всё! Всё я и сам не знаю! И мало кто сможет всё понять, это чересчур сложно.

— Опять вы уходите от ответа?

— Ладно, ладно, не обижайтесь. Я расскажу, что знаю. По крайней мере, разъясню кое-какие моменты.

— Давно бы так! – кивнула Надежда и обратилась в слух.

— В Средние века в Каталонии, точнее, на острове Майорка жил замечательный учёный Рамон Льюлль, или, в более привычном нам латинском написании – Раймунд Луллий. Это был очень образованный человек, свободно владел латынью, греческим, арабским и многими другими языками…

— Ну, теперь вы решили начать от печки! – перебила Надежда, хотя знала конечно, что мужчины этого очень не любят. – Я знаю, кто такой Раймунд Луллий.

— Вот как? – с уважением поднял брови старик. – О нём мало кто слышал.

— Ну да, мне Михаил рассказывал, да я и сама про него кое-что прочитала.

— Михаил? – Старик снова поднял брови. – Это, простите, кто?

— Пансов. Сотрудник научного института. Но о нём после. Вы уж переходите ближе к делу. Какое отношение изобретение средневекового учёного имеет к нашему времени?