Книга Тени теней, страница 57 – Игорь Шанин

— Так не должно быть, — вполголоса говорит Миша. — Это все слишком... необъяснимо.

— Я хочу уйти отсюда, — говорю.

Вожу фонариком вокруг, выхватывая равнодушные стволы, облетающие кусты и беседку. Где-то вздрагивает ветка, когда испуганная белка удирает от света. В какой стороне тропинка? Я бы легко вспомнила, если бы успокоилась.

— Это твой демон заманил нас сюда галлюцинацией, — хрипло шепчет Сажин. Запавшие усталые глаза безумно распахнуты. — Это все ловушка!

Нужно не поддаваться страху. Не слушать никого и вспомнить наконец, с какой стороны мы пришли. Выход из леса не так уж далеко, а темнота здесь никого не сможет задержать. В очередной раз обводя округу фонариком, я вдруг замираю.

— Ты что? — тут же напрягается Анжелика.

— Там кто-то стоит.

Неподалеку, среди деревьев, ровно там, где заканчивается свет вспышки, я различаю человеческий силуэт. Деталей совсем не разобрать, только колышущееся на ветру грязное платье и длинные волосы. Лицо скрыто темнотой.

— Это девушка, — говорит Миша.

Окликаю дрожащим голосом:

— Ты заблудилась?

— Тише! — одергивает Сажин. — Не привлекай внимания!

— Она и так на нас смотрит! — огрызаюсь. — Мы же на свету!

Анжелика показывает пальцем в сторону беседки:

— Там еще одна.

Сажин направляет свет, и мы видим другую девушку, она в беседке рядом со столиком, не сводит с нас внимательного взгляда. Эту видно лучше: желто-белое платье, похожее на ночнушку, распущенные длинные волосы, то ли светло-каштановые, то ли грязные русые. Лицо белое как стенка, темно-синие губы едва заметно шевелятся, будто она напевает под нос песенку. Глаза совсем не блестят и неподвижны будто пуговицы на мягкой игрушке.

Сердце у меня даже не бьется, а просто тяжело ворочается где-то в районе желудка, холодное как ком могильной земли. Тело не повинуется, так что я просто стою, сжимая в одеревеневших пальцах телефон, и не отрываю глаз от незнакомки.

— Вон третья, — замечает Прокофий, и тогда я различаю во мраке за беседкой еще одну фигуру в платье.

Слышу свой голос как будто со стороны:

— Это какие-нибудь сумасшедшие, живут в лесу и пугают людей. Они просто сумасшедшие. Ничего нам не сделают.

Как же хочется, чтобы это действительно было так.

— Я звоню в полицию! — Анжелика выуживает из сумки телефон трясущимися руками, но тут же роняет прямо на плиту под ногами. Раздается звонкий треск, в слабом свете отблескивают осколки дисплея.

Троица ступает к свету с разных сторон — две из леса, а третья из беседки. Оцепенение спадает, и я верчусь на месте как сумасшедшая, стараясь держать под светом фонарика всех приближающихся. Их лица спокойны, а глаза неподвижны. Босые ноги с синюшными ногтями ступают по иголкам и сырой земле, но не оставляют следов.

— Кто вы? — беспомощно выкрикивает Анжелика. — Что вам надо?

Они останавливаются, заключив нас в круг. Я свечу прямо в бледные лица, но пустые глаза не щурятся от яркого света. Чувствую себя загнанным в ловушку зайчонком, жесткое чувство беспомощности захлестывает с головой. Девушки совсем молодые, едва ли старше семнадцати-восемнадцати лет. Их можно было бы назвать красивыми, если бы не эта странная неподвижная безэмоциональность.

Так, спокойно. Это всего лишь еще одна галлюцинация. Сейчас я снова приду в себя в гостиной Анжелики, но больше ни ногой в этот лес. Никогда и ни за что.