Книга Тихоня против боевого мага, страница 8 – Светлана Томская

Я быстро выпрямилась, отступая от стены, но Кейран наверняка успел срисовать мою позу и сделать свои выводы.

— Что, Силвертон, у тебя хватило мозгов написать заявление об отчислении? Вещи, надеюсь, соберёшь сегодня?

Я молча показала ему три пальца — оскорбление, принятое у зельеваров. Не знаю, понял ли Кейран, что я назвала его «ошибкой мироздания», но его физиономию перекосило.

Вивьен Силвертон

На лекцию профессора Морган я успела к самому завершению. И это был ещё один повод злиться на того, кто меня подставил, ну и на ябеду Кейрана заодно.

Профессор кивнула, движением головы указав мне на моё место.

Я хотела сесть с краю, рядом с Лией, но она встала, пропуская меня в серединку.

Маркус встретил меня вопросительным взглядом.

— Потом, — одними губами ответила я, выхватывая из сумки тетрадь для записей.

— Ни один щит не является абсолютно непробиваемым, — продолжила профессор свою лекцию. — Помимо методов термодинамики, о которой имеют представление и на боевых факультетах, существуют разделы физики, которые незаслуженно игнорируются: простая механика, к примеру. Большинство магов воспринимают свой дар как смену температурного режима. Их учат использовать для атаки огненные сгустки разных форм — от дротика до шара, ледяные иглы и копья. Но, кроме разницы температур, возможно воздействие на расстоянии волной.

— Звуковой! — вырвалось у меня.

— Верно. Вопрос лишь в подборе нужной частоты. Если вы подадите на упорядоченную структуру щита сигнал, который войдёт в резонанс с его опорными точками, структура рассыплется, как хрусталь от голоса оперной певицы. Помимо считывания характеристик ауры противника, это требует не мощи, а... — Морган сделала паузу и окинула аудиторию взглядом. —...простого расчёта.

«Передать при помощи волны на расстоянии». — Я надавила на карандаш так сильно, что он проткнул сразу несколько тетрадных листов.

К сожалению, на этом лекция закончилась. Профессор Морган, видимо забыв, что предлагала мне остаться после лекции, быстро собрала свои конспекты и вышла.

Позже перехвачу её.

Я повернулась к Лие.

— Ты записала?

Подруга надула губки.

— Я, вообще-то, за тебя переживала.

— Верно, — подхватил Маркус. — Тебя ведь из-за жалобы Кейрана вызвали?

Я поморщилась.

— Скорее всего. По крайней мере, он был первым, кого я встретила, выйдя из кабинета ректора. Наверняка хотел убедиться, что меня отчислили.

— Так тебя всё-таки отчислили? — спросил Маркус.

— С чего ты взял?

За спиной радостно взвизгнула Лия.

Но, прежде чем я к ней повернулась, мне показалось, что лицо Маркуса омрачила тень.

Видимо, он заметил вопрос в моём взгляде и поспешил объяснить:

— Я очень рад, что твоя проблема решилась, но меня просто бесит, что по одному слову презренного аристократишки можно вот так любого человека обвинить.

Мне стало неприятно.

Я было открыла рот, чтобы сказать, что аристократ аристократу рознь и мой род тоже относится к презренным аристократишкам, но вовремя остановилась. Маркус — один из двух моих друзей, которые не отвернулись от меня в сложный момент, не побоялись. Ну обобщил он. Наверняка у него в прошлом есть причины, о которых он не рассказывает.

И я улыбнулась.

— Брось, Марк, в мире никогда не было абсолютного равенства и не будет. Стоит ли об этом переживать?