Книга Тихоня против боевого мага, страница 57 – Светлана Томская

Испугаться за свою жизнь я не успела. Только охнула, когда сильная рука стиснула мои рёбра так, что перехватило дыхание.

Резкий рывок.

В следующее мгновение я оказалась в метре от стремянки, подвешенная в воздухе. Ноги не касались пола, а спиной я ощущала перекатывающиеся могучие мышцы и жар горячего тела.

Но не это было главным.

Чаша падала.

Чёрный песок, отливающий металлом, вытекал из неё густой струёй.

Меня охватило ощущение потери: драгоценный поляризатор вот-вот окажется на полу, и мне ни за что его не собрать.

Яркая вспышка света справа… звон разбившегося стекла.

И мир застыл. Казалось, остановилось само время.

Чаша зависла в воздухе на уровне моих глаз. Песок, выплеснувшийся из неё, забыв о силе тяготения, стал выстраиваться по невидимым горизонтальным линиям.

Я повернула голову в сторону источника света.

Короба из матового стекла больше не было. Мандрагора приняла вертикальное положение и сияла так ярко, что было больно смотреть. Энергия внутри неё бурлила, каналы пульсировали. Синие сполохи отражались в осколках стекла — это и было всё, что осталось от короба.

Я расфокусировала зрение. От корня к чаше протянулась тончайшая сетка — что-то вроде магического щита. Именно этот щит удерживал и чашу, и высыпавшийся ТМП, не позволяя рухнуть вниз.

Попав в зону действия щита, крупицы ТМП выстроились по линиям магического напряжения. Между мандрагорой и застывшей чашей чёрные песчинки образовали идеальную жёсткую полую трубку.

Внутри этой трубки под действием магнитного поля луч эфира, вырвавшийся из мандрагоры, стал тонким и невероятно ярким. Он не рассеивался, не дрожал — он был зажат в тиски этим песчаным контуром.

Прямо на моих глазах произошло чудо: физические законы вступили в контакт с магическими.

Вивьен Силвертон

Как зачарованная, я смотрела на картину, развернувшуюся перед моими глазами. При повреждении каналов магия рассеивается и травмирует прилегающие ткани. Магнитное поле — вот выход. Только как это применить точечно? Если поместить человека в него целиком, можно ли будет настроить поле на отдельные каналы?

Шумный вдох над моей головой напомнил, что я не одна. А ещё о том, что мои ноги не касаются пола, да и дышать, когда рёбра стиснуты мощной ручищей, — проблема.

Обеими руками я вцепилась в предплечье, перехватившее меня под самой грудью, пытаясь ослабить стальной захват. Кейран даже не шелохнулся. Мышцы под моими пальцами были твёрдыми как камень.

— Мышь… — прозвучало хрипло над моей головой. — Как ты дожила до такого возраста?

Странно, но после трёхчасового молчания прозвище «Мышь» мне уже не показалось издевательским, тем более что в голосе, которым это было произнесено, я услышала тревогу.

Он меня сейчас спас?

Я посмотрела на зависшую всё в том же накренённом положении чугунную чашу и содрогнулась. Меня, хоть и с опозданием, накрыло волной страха. Чугунная чаша — это не флакон с зельем, при падении которого можно отделаться шишкой на голове.

— Как видишь, дожила, — по привычке огрызнулась я, с трудом переводя дыхание. — Пусти. Дышать трудно.

Кейран хмыкнул и ослабил хватку, позволив мне сползти по своему телу вниз. Его предплечье так медленно и ощутимо скользнуло при этом по моей груди, что я зашипела от негодования.