Книга Княгиня Заречная. Дом жениха выбрал другую, страница 41 – Виктор Громов

— Не случилось.

— Нет.

— А потом вы нашли печать.

— Да.

— И она ответила.

— Да.

Варвара вспомнила, как Елизавета закрыла глаза в архиве, когда родовой знак впервые подтвердил её происхождение перед чужими людьми. Тогда Варвара подумала, что для неё это значило больше, чем выигранный спор. Теперь понимала насколько.

— Вы хотите титул? — спросила она.

Елизавета задумалась.

— Я хочу, чтобы в книге не было написано, что нас не существовало.

— Это не одно и то же.

— Знаю.

— Земли?

— Не знаю.

— Дороги?

Елизавета долго не отвечала.

— Я хочу сначала понять, что они значили.

— А склады?

— Я до позавчерашнего дня вообще не знала, сколько их.

— Деньги?

— Конечно.

Варвара удивилась.

Елизавета впервые усмехнулась с явным удовольствием.

— Вы ожидали возвышенный ответ?

— Немного.

— Деньги мне нужны. Я пять недель езжу по Северу, плачу за постоялые дворы, копии архивных записей и людей, которые сначала обещают помочь, потом узнают фамилию и внезапно вспоминают срочное дело в другом городе.

— Это знакомо.

— Но я не приехала за состоянием Северинов.

Она стала серьёзной.

— Я хочу, чтобы Белогорских признали существовавшим родом. Не легендой. Не ошибкой в книге. Не исчезнувшими людьми, после которых удобно было делить дороги.

— Существовавшим?

— И существующим, если печать права.

— То есть вами.

— Да.

Простое слово. Без гордости. Без торжественности. Просто желание не быть последней случайной тенью собственной семьи. Варвара посмотрела на неё и внезапно поняла, почему Елизавета с первого дня раздражала её меньше, чем должна была.

Слишком многое было знакомо. Не обстоятельства. Ощущение. Стоять перед большой системой и доказывать ей очевидное: ты есть.

— А Михаил? — спросила Варвара.

Елизавета закашлялась чаем.

Варвара терпеливо ждала.

— Вы решили всё-таки спросить?

— Мы две женщины без мужчин. Самое время.

— Я думала, вы не ревнуете.

— Это не ответ.

— Ревнуете?

— Елизавета.

— Простите.

Она явно пыталась не улыбаться.

— Нет.

— Что «нет»?

— Я не хочу князя Северина.

Варвара сложила руки.

— Убедительно.

— Хотите подробностей?

— Возможно.

— Он красивый, умный и очень властный.

— Первые два пункта спорны. Третий проявляется чаще, чем хотелось бы.

— И смотрит на плохо составленные документы так, будто они оскорбили его лично.

— Это семейное.

— И, кажется, любит вас.

Варвара замолчала.

Елизавета чуть улыбнулась.

— Вот поэтому точно нет.

— Очень странная причина.

— Я выросла в доме, где двое людей слишком хорошо знали, что значит потерять всё ради друг друга. Я никогда не полезу между теми, кто уже сделал выбор.

— Даже ради родового договора?

— Особенно ради него.

Елизавета откинулась на спинку кресла.

— Кроме того, вчера мне предложили формальный брак с мужчиной, которого я знаю два дня, чтобы его склады снова слушались приказов. Боюсь, это не лучший способ вызвать романтический интерес.

— Андрей умеет создавать настроение.

— Исключительно.

Они посмотрели друг на друга. И снова рассмеялись. Теперь уже свободнее. Варвара вдруг поймала себя на странной мысли. Если бы обстоятельства были другими, Елизавета могла бы ей понравиться с самого начала.

Это тоже было неудобно. Гораздо проще защищаться от женщины, которую можно считать соперницей. Труднее от женщины, с которой хочется допить чай.