Книга Сделка со Смертью. Муж воскрес и изменил, страница 38 – Кристина Юраш

Его пальцы почти коснулись моего лба, и я невольно отвернулась. Совсем недавно я готова была часами держать его за руку, а теперь мне не хотелось, чтобы он прикасался ко мне даже случайно. Особенно этими пальцами, которые только что гладили лицо Анаид.

Он продолжал смотреть на меня с тревогой, а я вдруг вспомнила слова Смерти.

«Вероятно, вам предстоит выяснить, насколько хорошо ваш супруг умеет лгать».

Вот, значит, как.

Я ещё помнила собственные крики над гробом, а Игнис уже пользовался этой памятью против меня: чем сильнее я пережила его смерть, тем легче ему было объявить мои слова сном.

Я представила, что было бы, если бы не видела всё собственными глазами. Если бы кто-то посторонний рассказал мне о его поездке к Анаид, я бы сразу спросила у него, а он вот так же ласково посмотрел на меня и сказал, что мне приснилось.

Конечно, поверила! Ведь Игнис был моим мужем. Человеком, которому я доверяла настолько, что не усомнилась в нём даже перед лицом собственной смерти.

А может ли лгать Смерть?

Эта мысль вдруг возникла с такой отчётливостью, что я невольно посмотрела на пустое кресло у окна.

Впрочем, зачем древнему могущественному существу понадобилась бы такая банальная ложь? Что он мог получить, выдумав любовницу Игниса? Он ведь даже не собирался доказывать мне неверность мужа. Я сама попросила оставить видение, когда услышала имя Анаид.

Да и брошь… Откуда мне было узнать про неё, если я действительно всё увидела во сне?

Я перевела взгляд на Игниса. Он всё ещё стоял рядом и ждал, когда я наконец соглашусь с его объяснением. Я даже почти слышала, как он сейчас предложит мне прилечь, потому что я слишком слаба для подобных волнений.

И тогда меня осенило.

— Хорошо, — произнесла я, с трудом поднимаясь с кровати. — Сейчас проверим!

Стоило опустить ноги на пол, как ушибленное колено болезненно подогнулось. Пришлось ухватиться за край кровати, переждать дурноту и только потом выпрямиться. Игнис тут же потянулся ко мне, но я отстранила его руку и направилась к шнуру звонка.

— Делли, что ты собираешься делать? — насторожился муж, наблюдая за мной.

Я дотянулась до шнура и дёрнула его. Под бинтом сразу защипало порезы, но я не обратила внимания. Мне было гораздо важнее узнать, как Игнис поведёт себя, когда перестанет быть единственным человеком, рассказывающим о собственной поездке.

Он смотрел то на меня, то на звонок, и прежняя ласковость постепенно исчезала с его лица.

Через некоторое время дверь приоткрылась, и на пороге появилась горничная. Я заметила, как она удивилась, увидев меня на ногах, однако девушка тут же присела в реверансе.

— Да, госпожа? — спросила она, переводя взгляд с моих забинтованных рук на молодого лакея.

Я старалась говорить спокойно, хотя от слабости мне приходилось придерживаться за кровать.

— Приведи сюда кучера, — распорядилась я, внимательно наблюдая за Игнисом. — Того, который только что вернулся с моим экипажем. Немедленно.

— Я запрещаю! — резко произнёс Игнис, повернувшись к горничной.

Он сказал это именно так, как говорил прежде, когда отдавал распоряжения в собственном доме. Властно, уверенно, с той привычной интонацией герцога, который не привык объяснять слугам свои решения.

Я даже невольно посмотрела на него, потому что на мгновение мне показалось, будто прежний Игнис действительно вернулся.