Книга Сделка со Смертью. Муж воскрес и изменил, страница 193 – Кристина Юраш

За спиной женщины виднелась открытая терраса, увитая розами.

Я почувствовала, как что-то неприятно сжалось внутри.

Розы. Девочка, которая любила рисовать. Мальчик, мечтавший стать военным.

Господи…

Я медленно отступила от портрета.

В памяти всплыл вчерашний приём. Высокий мужчина с измученным лицом, который подошёл ко мне после разговора с несчастной матерью. Как он рассказывал о пожаре, уничтожившем его дом. О жене, которая каждую весну сама выбирала розы для сада. О дочери, которая любила рисовать, и сыне, мечтавшем стать военным.

О том, что он даже не смог увидеть их лица после пожара. И о том, что готов отдать всё своё состояние, лишь бы получить возможность вернуть семью.

Я снова посмотрела на портрет. Теперь сомнений не оставалось.

Это были они. Жена и двое детей того самого маркиза. Я невольно прижала ладонь ко рту, чувствуя, как на меня накатывает настоящий ужас. Ведь я отказала ему!

Сказала, что не могу воскресить его родных. Что не знаю способа, который могла бы передать другому человеку. А он так странно посмотрел на меня, когда уходил! Словно уже тогда решил, что моего отказа совершенно недостаточно.

Неужели он похитил меня?!

Я резко обернулась к двери, собираясь броситься к ней, но в этот момент услышала негромкий щелчок замка.

Створка медленно открылась.

На пороге стоял тот самый маркиз.

Я узнала его сразу, хотя сегодня он выглядел совершенно иначе. Вчера передо мной был убитый горем человек, едва сдерживавший отчаяние. Сейчас же в комнату вошёл безупречно одетый аристократ с тщательно уложенными волосами и спокойным, почти невозмутимым выражением лица.

В руках он держал небольшой серебряный поднос с графином воды и стаканом.

— Ваша светлость, — произнёс мужчина, слегка поклонившись. — Рад видеть вас в добром здравии. Признаться, я уже начал беспокоиться, что вы слишком долго не приходите в себя.

Я смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова от возмущения.

Маркиз прошёл к столику возле кровати, поставил поднос и аккуратно поправил салфетку. Затем налил воды, словно принимал у себя обыкновенную гостью, которая только что проснулась после утомительной поездки.

— Пейте, — предложил он. — После снотворного зелья может немного кружиться голова. Но, уверяю вас, это скоро пройдёт.

Я невольно отступила.

— Вы… — Голос получился хриплым и чужим. — Вы меня похитили?!

Маркиз медленно поднял глаза.

— Прошу вас, не нужно так волноваться. Вам никто не собирается причинять вред. При условии, разумеется, что мы сумеем договориться.

Я почувствовала, как немеют пальцы.

— Договориться?! Вы ворвались в мой дом среди ночи! Ваши люди напали на меня, усыпили и привезли неизвестно куда! Вы вообще понимаете, что сделали?

— Прекрасно понимаю, ваша светлость, — ответил мужчина совершенно спокойно. — И вынужден признать, что сам не испытываю удовольствия от подобных методов. К сожалению, вы не оставили мне другого выхода.

Я смотрела на него с изумлением.

Какой знакомый ответ!

Игнис тоже постоянно объяснял мне, что у него не было выбора. Что он вынужден был угрожать, обманывать и принуждать исключительно потому, что я не желала поступать так, как ему хотелось.

Неужели все мужчины, решившие распоряжаться чужими жизнями, пользуются одним и тем же оправданием?