Книга Сделка со Смертью. Муж воскрес и изменил, страница 107 – Кристина Юраш

Я помнила, как он протянул руку, коснулся меня двумя пальцами над сердцем и объяснил, что именно так скрепляет договор. Я тогда не задумалась, имеет ли он право заключать со мной подобную сделку.

— И вы знали, что Игнис ещё должен был жить, — произнесла я, убрав руку от груди и снова положив её на книгу. Я старалась говорить ровнее, чтобы не расплакаться раньше, чем получу ответ.

Я попыталась определить, удивлён ли он тем, что я узнала, сердится ли за прочитанную без разрешения книгу или просто обдумывает, как забрать её обратно. Ни одной из этих догадок нельзя было доверять: он сидел спокойно, не давал объяснений и ничем не выдавал, что чувствует.

Я ощутила такую беспомощность, что на мгновение опустила глаза на книгу. Мне нечего было противопоставить существу, которое могло закончить чужую жизнь одним движением руки.

— Это вы? — спросила я неожиданно тихо, вновь подняв глаза на Смерть. Вопрос прозвучал неопределённо, но я не сумела сразу заставить себя произнести то, о чём думала.

— Что именно, мадам Лиза? — уточнил Смерть, не меняя положения в кресле. Он говорил совершенно спокойно, хотя мне казалось, что смысл моего вопроса ему уже понятен.

Я попыталась сглотнуть, однако в пересохшем горле это отозвалось болью. Мне было страшно услышать ответ, а ещё страшнее — оставить всё как есть и потом снова и снова мысленно возвращаться к написанной строчке. Я сжала книгу так, что листы под пальцами сдвинулись, и заставила себя спросить прямо:

— Почему вы оборвали жизнь, которая должна была продолжаться?

Он не ответил, и мне стало мучительно жаль себя той, прежней, которая просыпалась рядом с холодным телом мужа и никак не могла понять, почему он не отвечает. Я помнила это слишком хорошо. Как трогала холодную шею Игниса, прикладывала ухо к его груди и задерживала собственное дыхание, надеясь услышать хотя бы один удар сердца.

А теперь передо мной сидел тот, кто мог объяснить, почему всё произошло.

— Это вы убили моего мужа? — спросила я, чувствуя, как дрогнул голос, но всё-таки заставила себя выдержать его взгляд. Не дождавшись ответа, я продолжила: — Вы пришли в нашу спальню и забрали его душу, хотя он ещё должен был жить? А потом потребовали у меня половину жизни, чтобы воскресить человека, которого сами убили?

— Да, это сделал я, — ответил Смерть, не отводя от меня глаз. — Я нарушил ход событий. По причине, которую не хочу вам раскрывать. А теперь будьте так любезны отдать книгу. Я не хочу применять силу, чтобы вернуть её обратно.

Мне хотелось спросить, как он вообще смеет угрожать после подобного признания, но я почему-то зацепилась за его последние слова.

— А вы способны применять ко мне силу? — спросила я, прижимая раскрытую книгу к животу. Я и сама не понимала, зачем испытываю его терпение, когда передо мной сидит существо, которому достаточно протянуть руку, чтобы оборвать чью-то жизнь.

Я почувствовала, как жёсткий край обложки сильнее вдавился в ладони: чем дольше Смерть молчал, тем нелепее казалась моя попытка удержать книгу.

— Способен, мадам Лиза, — произнёс Смерть с той безупречной вежливостью, которой обычно сопровождал самые неприятные замечания. — Но не ту, о которой вы думаете.

Он резко поднялся с кресла.

Я успела только плотнее прижать локти к бокам, а Смерть уже стоял возле постели и держал книгу за верхний край.