Книга Ведьме – пламя. Танцуй!, страница 88 – Лиди Митрич

Вот же мне потом влетит от Данка, если выяснится, что я все поняла неправильно! Зато будет, что рассказать внукам – если, конечно, переживем эту ночь.

— Неужели нет никакого способа? – я чуть не взмолилась. – Мне бы только сказать ему кое-что! Каким угодно способом! Даже если это против закона!

— А твоя просьба как-то связана с тем, что ты получила в банке? – полюбопытствовала Грета, но скорее больше для того, чтобы увести меня от опасной темы. – Могу я узнать, что там за наследство?

Я покачала головой.

— Лучше будет, если это останется в тайне, не хочу, чтобы у вас были потом проблемы если вдруг что-то пойдет не так.

Грета, подумав, согласилась.

— Но я все равно не понимаю, зачем так рисковать ради того, кто вечером все равно окажется на костре. От инквизиции еще никто не уходил.

Уходили, еще как уходили, просто это информация не для всех.

— А если бы схватили Отиса? Ты бы просто смирилась и сидела, сложа ручки? – я знала, что это запрещенный прием, тем более против беременной женщины, но мне нужна была помощь и любой ценой.

— Так сильно любишь своегоколдуна?

Я на миг закрыла глаза. Вопрос Греты тоже был из разряда ниже пояса.

— Да не в этом дело, – начала оправдываться я, но осеклась. А в чем тогда? Разве как раз-таки не в этом? Стала бы я так рисковать ради Вельха или Эрвела? Да нет конечно! – Люблю.

— Ну… Если тебе жизнь без него не мила и так надо встретиться, – с сомнением протянула жена кузнеца.

— Очень надо! – я закивала китайским болванчиком.

— Ладно, но пеняй на себя! И Отису ни слова! – Грета погрозила мне пальцем. – Есть у меня одна знакомая…

Булочная, куда меня отправила Грета, не вызывала ни малейшего желания зайти в нее и тем более отовариться там. Покосившаяся старая вывеска скрипела как несмазанная телега, а на пыльных витринах можно было рисовать. Вместо ароматов свежего хлеба и ванили внутри непрезентабельного заведения царил затхлый запах: как будто вода в аквариуме застоялась и позеленела, а обитавшие там рыбки всплыли брюхом кверху.

Несмотря на общее печальное зрелище, на прилавке стройными рядами теснились вполне себе съедобные на вид кирпичики хлеба. На отдельной полке жили круглые караваи вперемешку с маковыми булочками.

— Фирменный? – спросила обладательница пышных форм, стоявшая за прилавком.

— Два, – я бросила пару мергелей, выданных Гретой, в монетницу.

— Что-то я раньше вас тут не видела, – хозяйка булочной сгребла монеты в карман передника, после чего выставила передо мной два кирпичика хлеба.

Зато наверняка слышала обо мне – уж в этом-то я не сомневалась. Или передо мной не первая общепризнанная сплетница городка Мидсток.

— Меня зовут Кириана, – вежливо представилась я.

— Какие люди! – воскликнула женщина, полностью подтверждая свою репутацию. – Как поживает старина Данк?

— Данк? Данк… – не торопясь брать хлеб, я выдавила из себя самый печальный полувздох-полувсхлип, на который только была способна. – Этой ночью выяснилось, что он… колдун!

Последнее слово я прошептала, после чего торопливо приложила ладонь ко лбу и вскинула руку вверх – знак защиты от темных сил.

— Да вы чтоооо! – женщина всплеснула руками, от чего вокруг нее образовалось облачко из муки. – А мой-то мне ничего не рассказал даже!

— Своими собственными глазами видела, как колдовал! – я похлопала ресничками, словно предлагая хозяйке булочной убедиться, что глаза у меня на месте, после чего подхватила хлеб и пошла к выходу. – Господа инквизиторы тут же его и повязали… Впрочем, не буду вас напрягать своими рассказами, да и Грета ждет. Ей сейчас тяжело самой за покупками ходить, сами понимаете. Вот и отправила меня к вам. Доброго дня!