Книга Двуликие: Дева Завесы, страница 121 – Алекс Джиллиан

Слова Кайроса ударили наотмашь, выжигая в душе клеймо позора.

«Животное».

Он назвал её мать животным, а её саму сравнял с грязью, сорняком, случайно проросшим на священной почве. Оскорбление жгло сильнее, чем неуправляемое пламя на ладонях.

Но стоило первому шоку отступить, как внутри Миры шевельнулась колючая ярость.

— Разве ты не должен наградить наместника за явление Девы? — с вызовом спросила она. — Или твои боги велели тебе убивать каждого, кто исполняет их волю?

— Я позволю тебе смотреть, как он корчится в агонии, — добавил Кайрос, проигнорировав её вопрос, и его губы тронула тень беспощадной улыбки. — Ты увидишь каждое мгновение его мук перед тем, как он обратится в прах. Это будет твоим первым уроком. Ошибки в нашем мире всегда оплачиваются кровью.

Он равнодушно повернулся к ней спиной, направляясь к окну, за которым полыхало багровое небо.

— Грязнокровка с затухающей искрой. Понадобится время, чтобы выжечь из твоих жил вонь Двуликих и заставить жалкое мерцание разгореться. Но не надейся на милость. Я найду способ переплавить этот сор.

Презрение, прозвучавшее в его голосе, подействовало на Миру отрезвляюще. В ее глазах не осталось слез, а в душе — места для страха перед будущим.

Кайрос видел в ней лишь негодное подношение, оскорбительную насмешку богов. Но он забыл, что даже сорняки умеют выживать там, где гибнут священные цветы.

«Пора убираться отсюда», — лихорадочно пронеслось у нее в голове.

Кроме унизительных слов Мира не услышала от князя ничего, что бы хоть немного проясняло его планы. Продолжать этот диалог в подобном ключе — тошнотворно и бессмысленно. Может быть, завтра Владыку отпустит брезгливое разочарование в недостаточно чистой крови Огненной Девы, и он, наконец, сможет внятно объяснить, какого крыла ему от нее нужно. Слова Леора Мира уже слышала, но, чтобы узреть истину, необходимо знать притязания каждой стороны.

Девушка вспомнила подарок Остроглава — обсидиановый браслет и его предназначение.

Она изо всех сил сосредоточилась на образе своих покоев, не рискнув пока замахиваться на более дальние расстояния. Сначала надо испытать дар на чем-то попроще, а то неизвестно куда ее может занести.

«Прочь от него!» — мысленно взмолилась она, чувствуя, как глубоко внутри откликается магия Двуликих.

Пространство вокруг загустело, превращаясь в липкую, тяжелую взвесь. Гневный голос Кайроса внезапно удалился, превратившись в невнятный гул, и Мира ощутила резкий рывок, похожий на падение в ледяную воду.

Когда она открыла глаза, то обнаружила себя сидящей на меховом ковре в отведенной ей комнате. Тело сотрясала дрожь, на лбу выступила холодная испарина.

— Госпожа! — испуганный вскрик заставил её вздрогнуть. — Я так испугалась! Думала, он тебя убьет!

Мира подняла голову. В комнате находилась не только Ждана. Возле окна, тесно прижавшись друг к другу, замерли еще две девушки в серых платьях. Их лица заставили сердце Миры пропустить удар.

Справа, испуганно прижимая ладони к груди, застыла Зоряна, которую Дамир спас от гнева толпы в кряждарском бараке. А рядом с ней, выпрямив спину и глядя на Миру с нескрываемым изумлением, стояла Хельга….

Мирослава не верила своим глазам. Она уже и не надеялась увидеть обеих живыми. Грешно признаться, но во мраке последних событий она и думать о них забыла.