Книга Хозяйка магазинчика "Сияй и властвуй", страница 80 – Алена Шашкова

— А тебе, милочка, вообще бы держать рот на замке!

Я поднимаю палец вверх, чтобы подсказать, откуда ждать беды, но… дом оказывается более мстительным и прытким: давно не очищавшийся водосток со скрипом гнется, ломается и вся накопившаяся в нем вода с илом и прошлогодними частично перегнившими листьями выливается на Корнетту.

Она вскрикивает и замолкает, только ошалело хлопает глазами.

Из гостиной, прямо в оглушительной тишине, раздается еще один кристально чистый удар часов.

— Кажется, вам стоит переодеться, нира Корнетта, — раздается за моей спиной спокойный голос Бьерна. — Чтобы не заболеть.

— Вы!.. — Корнетта багровеет, пытаясь отряхнуться от грязи. — Вы... Вы... Да я вас выселю! Вы у меня попляшете!

Она уходит. Изрядно потрепанная домом, но явно не побежденная. Я закрываю дверь и тяжело вздыхаю, глядя на Бьерна.

— Кажется, у нас проблемы. Еще одни.

— У нее проблемы, — пожимает плечами он и возвращается на кухню. — Этот дом не так-то просто отобрать. Кажется, она выбрал себе хозяйку.

— Что? — я ошарашенно смотрю на него.

— Он тебя защищает, Элиз. Весьма своеобразно, — усмешка трогает его губы, но глаза остаются серьезными. — Что ты с домом сделала, что к тебе так стали благоволить?

— Просто вела себя по-человечески? — предполагаю я.

— Ну да, — кивает Бьерн. — Доброе слово и кошке приятно… В смысле дому.

Эта фраза отзывается чем-то очень знакомым, но как будто давно-давно забытым. Смутное, но странное чувство, которое почему-то поднимает в моей душе тревогу, словно муть со дна пруда.

— Мне надо в город, — говорю я, стараясь отогнать от себя это внезапное волнение. — Я купила, конечно, себе платье, но оно явно не для бала. Там же будут аристократы, платье должно быть другим.

— Ты права, — нахмурившись, отвечает Бьерн спустя пару минут раздумий. — Я только надену свежую сорочку.

— Зачем? — удивляюсь я.

— Твой муж должен соответствовать статусу, — говорит он. — Мы прогуляемся в этот раз пешком.

— Пешком? А как же твое “передвигаться только на экипаже”? — фыркаю я.

— Во-первых, я точно знаю, что до следующего похищения есть как минимум два дня. Во-вторых, ты будешь не одна, а со мной. А в-третьих… Нас должны увидеть вместе как супругов, — аргументирует Бьерн.

В общем-то, все ясно и четко. Только…

— И ты хочешь выбирать со мной платье? — скептически переспрашиваю я. — Это интересно… такому, как ты?

Он замирает и оборачивается ко мне, делая шаг ближе.

— Какому “такому”?

М… И как это сформулировать “нежно”?

— А… Эм… Большому и серьезному?

— Не очень уверенный ответ, — хмыкает Бьерн и пробегается по мне взглядом, словно окатывая горячей волной. — Красивая женщина в красивом платье? Почему это может быть неинтересно?

Он поднимается на второй этаж, а я продолжаю стоять, теребя в руках маску. Может, сорваться и все же поехать одной?

Не дождется! Тоже мне, решил засмущать!

Бьерн спускается в черной шелковой сорочке и черном жилете, подчеркивающем его подтянутую фигуру. Он поправляет свои неизменные наручи, которые идеально вписываются в общий вид, несмотря на то, что сейчас он точно не выглядит как наемник.

— Не забудь надеть маску, моя дорогая супруга, — с улыбкой говорит он, сам завязывает на затылке ленты своей полумаски.

Я делаю то же самое, и мы выходим на нашу улочку, где Бьерн подает мне руку, а я принимаю ее. Сейчас, когда на улице не так многолюдно, как в вечер с танцами, на нас обращают внимание. Точнее, не так: Бьерн привлекает внимание, особенно молодых красоток в дорогих платьях. Таких, с которыми мне не тягаться.