Книга Угроза крушения, страница 19 – Юлия (Ли) Ода

— Думать! Говорил, умеешь вроде? Хвастал? Или просто врал?

— Очень смешно.

— Не очень, – сморщила она нос. – Смешно было бы смотреть на тебя со стороны, вот только мы, сдается, и вправду, оказались сейчас в одном корыте. Дырявом как решето и камнем идущем ко дну.

— Странно. – Он вдруг внимательно пригляделся к ней несколько под другим углом – во всех смыслах, в том числе и самом прямом, склонив голову к плечу. – Как-то ты не слишком похожа на шлюху.

И вот тут она дернулась, словно от пощечины, но быстро вернула привычное, чуть замкнутое и нарочито спокойное выражение лица:

— А кто тебе сказал, что я – это она?

Эрик замер. И в самом деле, с чего он так решил? Только потому, что девица оказалась здесь? В этом, с позволения сказать, отеле? Других поводов вроде не было. Больше того, при первой их встрече, в кофейне, он бы сказал, что все как раз наоборот. Да и сейчас, если подумать, сказал бы то же самое. Нечто почти неуловимое в ее манере держаться и строить фразы навевало как раз-таки на очень неплохое воспитание. С одной стороны, само по себе это ничего не гарантирует, но с другой…

— Резонно, – вынужден был он признать. – Значит не шлюха, а эта, как ее… пчелка, да? Или как там следует называть постельную начинку для медовых ловушек?..

По морде ему не прилетело, кажется, только по одной причине – от дурацкого и не слишком уместного разговора их вовремя отвлекли. Или, наоборот, не вовремя…

На этот раз шум в коридоре оказался настолько специфичен, что сомнений не вызывал: ботинками грохотали нарочито по-хозяйски, а в двери ломились без стеснения и во все подряд, судя по звуку. Да и шли – опять же судя по звуку – с противоположного, дальнего от них конца коридора, то есть от главной лестницы.

— Плащи? – недоверчиво уставился Эрик на девушку.

— Фараоны, – кивнула та, нахмурив брови. – Легки на помине... Это ж когда их, выходит, вызвали? Еще до выстрела?

— Или где они в то время были? – поддержал он ее. – В соседнем квартале? Потому как прямо у входа вроде не толклись, я б заметил.

— Револьвер! Быстро! – Рита вдруг подскочила со стула и требовательно протянула руку. – Они сейчас здесь будут!

Эрик почти не колебался, прежде чем вернуть ей оружие, и в благодарность, не иначе, его тут же вогнали в ступор:

— Раздевайся! – ухватив за пряжку ремня, она расстегнула ее и одним движением выдрала из штанов за секунду до того, как колотить начали уже к ним в дверь.

— А?..

— Да быстрее же! – выдернула она следом рубашку и тут же тоненько, но отчетливо пискнула, изобразив громкий испуг, когда створка загремела под новыми ударами. И развернув его к себе спиной, стянула эту рубаху с плеч, выдирая с корнем последние пуговицы, прежде чем толкнуть по направлению к двери:

— Ругайся! – прошипела Рита вместо напутствия. – Видела, ты умеешь, мозгов тут не требуется.

Эрик выругался. С большим, надо сказать, удовольствием – давно хотелось. А затем повторил, когда наконец дошло, что именно та задумала, оценив и красоту замысла, и степень его идиотизма. Но воплощать, то бишь открывать дверь пошел, оставив ее чем-то шуршать за спиной – пререкаться было уже поздно.

Но в очередной раз распахнув створку в ответ на требовательный стук, выглядел он что надо – полуголый, всклокоченный, и матерящийся сквозь зубы с самой что ни на есть искренней и неприкрытой злостью: