Книга Угроза крушения, страница 124 – Юлия (Ли) Ода

— Что ты хочешь? – Эта фраза стала победой, и Эрик, наконец, выдохнул. А потом продолжил уже совсем другим тоном – гораздо спокойнее, а не так словно брел по минному полю:

— Рассекречивай все материалы по крушениям наших дирижаблей – так, чтобы к утру пресса была уже в курсе всех подробностей. И приглашай эту прессу завтра в Гамбург, встречать «Романтику». Независимых техников, кстати, позови тоже. Всех, кто согласится – чем больше, тем лучше. Освещать предстоящую экспертизу надо как можно громче.

— Ты понимаешь, что нас обвинят в халатности? В том, что продолжая полеты в таких условиях, мы рисковали жизнью пассажиров.

— Пассажиры рискуют всегда. Именно поэтому у них всегда есть страховки. Не поверю, что ты не увеличил их суммы в связи с последними событиями. – И поскольку опровергать это не стали, закончил: – А в качестве дополнительной гарантии и заботы о пассажирах, на борту будут два сильных механика со стороны, специально нанятых, чтобы контролировать ситуацию. Это кроме штатной команды и твоего собственного сына.

— Где ты собираешься их взять?

— Уже взял. И они уже на борту. Тебе просто надо будет кое-какие бумаги задним числом подписать и все. Так как?

— Надеюсь, ты отдаешь себе отчет, насколько рискуешь?

— Отдаю. Но хотелось бы знать, что риск этот не просто так.

— Жду вас завтра. Вместе с журналистами. И… будь осторожнее.

Трубку после этого бросили быстрее, чем Эрик успел хмыкнуть. Очень и очень невесело.

— Кажется, только что я пожертвовал своим небом, как ни пафосно это звучит. Принес его, так сказать, на алтарь семейных ценностей.

— А, может, не так все и плохо? – словно бес из-за левого плеча протянул Хорих, сдерживая то ли сомнение, то ли даже веселье.

— Вот и мне он показался не совсем таким, как его репутация, – постаралась добавить оптимизма и Рита. – Не настолько… непреклонным, как говорят.

— Ладно, – встряхнулся Эрик, задумчиво на нее покосившись. – Утешения мы отложим на потом. Юс, а сейчас, как я понимаю, твой выход?

— Нет, мой, – возразила Марта. – Думаю, имеет смысл поторопиться с предупреждением для господина Анатоля Девриенда, а то я не в курсе, когда у них там мой знакомый с вахты сменится. Ну тот, через которого можно это сделать. Не оказалось бы, что мы опоздали.

— Имеет смысл, – охотно подвинулся Хорих, освобождая ей дорогу.

И госпожа первый помощник, сверившись с пришпиленным возле аппарата листком, начала набирать номер.

— «Лютеция»? – перекинула она тумблер, включая громкую связь. – Это «Романтика». Кто сейчас на вахте?

— Марта? – послышалось в ответ. – А я тебя узнал. Тоже скучаешь на дежурстве?

— Угадал, Поль, – усмехнулась та. – Тихо, спокойно, пассажиров, считай, нет. Хорошо. А у вас как? Когда посадка?

— В пять ноль-ноль. Чуть раньше вашей. Но кое-кто и сейчас уже на борту – из-за чертова переноса времени старта.

— Много? – теперь тон у нее стал сочувственным. – А то и у меня парочка уже загрузились. Не поверишь, сам сынок фон Гуттена подружку притащил и, не дожидаясь утра и официальной посадки, занял лучшую каюту. Маргарита какая-то. Говорит, будто из Германии, но точно врет – акцент там какой-то явно славянский.

— Ого, как у вас все серьезно. Не, у меня конечно, персоны помельче, зато их побольше – человек пять. Сидят в салоне, пьют, каюты я им пока не открыл, не имею права без распоряжения капитана.