Онлайн книга «Бег по стене»
|
Зато еще больше вопросов появилось к господину Юханну, тем более что загадка, каким образом в палате у Гренна оказался системник, так пока и не прояснилась, очень волнуя и местный персонал тоже. Но от неудобных расспросов господин не совсем полицейский ловко увернулся, сделав вид, будто по горло занят – торопливо буркнул, что на стоянке все закончилось благополучно, всех, кого требовалось спасти, спасли, а кого требовалось повязать, повязали… И немедленно сбежал, не забыв, впрочем, поставить ей под порог охрану – в штатском и с неизвестно какими инструкциями. Ну да и черт с ними, кому они мешают? Если неожиданный, но не сказать, чтобы совсем уж ненужный визитер без особого труда сумел пробраться мимо них под видом обычной процедурной сестры. Да, связи в этом мире решают все, особенно в подобных университетских кампусах, где все так или иначе знают всех. Особенно если речь идет о некой Мур, ставшей здесь фигурой прямо-таки культовой. Впрочем, культовость эта никак не мешала ей сейчас маяться нерешительностью, явно не зная, с чего начать разговор, ради которого она здесь и оказалась. Вернее, не совсем так. Сообщить, что попросил ее об этом сын, Мур успела – сразу как зашла в палату, делая вид, будто явилась ставить капельницу. Как и о том, что он просил по возможности ответить на Майины вопросы – в качестве извинения за нелюбезный прием в пансионе. Но на том и застопорилась, явно не зная, о чем говорить дальше. А помогать ей отчего-то совсем не тянуло, хоть Майя и понимала – зря она так. Не стоит лелеять мелкую мстительность и вспоминать, как по указке этой женщины ее в шею гнали по садовой дорожке двое «вышибал». Но все равно лелеяла. И вспоминала. И не горела желанием разгонять возникшее в палате напряжение. Или все же спросить ее о чем-нибудь, завязав разговор? К примеру, про отца Петера? Интересно, ответит хоть что-то? Или молча расколошматит ей о башку стоявшую на тумбочке вазу? Входит ли такое любопытство в то самое «по возможности», организованное Петером? А что, обещал ведь устроить Майе некие личные извинения, пусть и не от себя, вот и устроил. Молодец, что сказать… Мур, все это время стоявшая к ней спиной и бездумно глядевшая в окно, встрепенулась вдруг, словно что-то там наконец, заметив. Не иначе некий красный мотоцикл, поставленный Майей прямо под окном с настойчивой просьбой ни в коем случае его оттуда не убирать – ей, мол, так спокойнее за его сохранность. Что на самом деле спокойнее ей так за сохранность собственной головы, уточнять персоналу не стала. Лишнее. — Ах да, пока не забыла, – не оборачиваясь начала Мур, – Петер просил передать тебе этот подарок, но ты, смотрю, и сама с его получением справилась. Ведь место, где машину надо было забрать, он мне называл совсем другое. Майя продолжала молчать, понимая, что любой ее ответ станет сейчас если не пошлостью, то уж банальностью точно. — А документы на него, – закончила та, не дождавшись никакой реакции, – в той папке, откуда Пит копировал бумаги, чтобы дать мне прочитать. Сказал, ты знаешь, где это. Ага. Прочитала, значит. Ну хоть это хорошо, объясняться придется гораздо меньше. И Майя открыла, наконец, рот: — Надеюсь, вы понимаете, что делала я это не ради благодарности? Даже такой. |