Книга Путеводная звезда дракона, страница 127 – Лана Ларсон

— Эдары? — переспросила я. — Такие же, как я? Правитель кивнул.

— Да, Марселин, ты не нимиана, ты эдарка.

Я вновь замерла, укладывая в голове услышанное. А сделать это было довольно сложно. Практически всё, что я знала, во что верила, оказалось ложью.

— Один из них посчитал себя выше прародителей, выше богов, — продолжил правитель. — Посчитал, что их раса тоже достойна считаться богами, ведь по силе они намного превосходили всех нас. Ты тоже сильнее нас всех, Марселин.

— Но я ничего такого за собой не замечала.

Сказала и сама же себя одёрнула. Замечала. Ведь если бы моя сила была не такой мощной, то я бы не смогла отогнать тьму.

Но разве только я способна на подобное? Я думала, что так умеют делать все нимианы.

Негрон словно прочёл мои мысли.

— Всё так, дитя. Ты сильна, но у тебя не было учителя, чтобы пробудить дар. К тому же Нарисса специально попросила человека, что забрал тебя, не пускать тебя в воду и не обучать магии так, как надо. Мы надеялись, что так тебя не сможет найти тьма.

Но она меня всё же нашла…

— А что было дальше? — спросила Ависса. Оказалось, она тоже слушала рассказ чуть ли не с открытым ртом.

— За такое своеволие боги разгневались на эдаров, послали им испытания такой сложности, что пройти их смогли далеко не все. Но тот воин, что бросил им вызов, выжил. И не раскаялся, не признал вину, а пошёл дальше, за что и поплатился.

— Его убили?

Правитель ответил не сразу.

— Нет, ему оставили его вечную жизнь, но существовать он теперь должен во тьме. Я замерла, услышав это.

— Вы хотите сказать, что…

— Да. Они обратили того эдара во тьму, развеяли, сделав истинным злом, обрекли на вечные страдания. Но дали надежду на спасение: если в нашем мире родится ещё один потомок богов, то у того воина будет шанс обрести покой. Либо, стать ещё сильнее, если молодой эдар пойдёт по его стопам. Но в этом случае наш мир погрязнет во тьме.

Пока я в который раз пыталась осознать услышанное, принять его как новую действительность, свыкнуться с мыслью, что я на самом деле могу погубить этот мир, Негрон продолжил:

— С тех пор аширцы ушли из Ниллирии, покинули этот континент навсегда, поселившись в вечных снегах и льде. С того времени браки между этими расами строжайше запрещены, и долгое время никто даже не пытался оспорить это решение и пойти против древнего запрета.

Никто, кроме моей мамы.

Я обернулась на неё, хотела понять, со зла она это сделала или нет. Нарисса сидела, опустив голову и прикрыв глаза. Я не могла читать её мысли, не знала её совершенно. Не могла даже догадываться, о чём она думает, но мне показалось, что я заметила слёзы, скопившиеся вокруг глаз.

Я не верила, что она могла нарушить вековые правила нарочно, со зла. На этот шаг мог бы решиться тот же Мордок, но никак не Нарисса. Это просто стечение обстоятельств и… любовь двух сердец. А любви сложно противостоять.

В этот момент я почувствовала, как Таон берёт меня за руку и легко сжимает, даря такую нужную сейчас поддержку.

— И что мне делать? — спросила тихо, когда молчание затянулось. Правитель глубоко вздохнул и сел в своё кресло.

— Тьма не отступит, — сказал он задумчиво. — Он слишком долго ждал, чтобы сейчас отпустить тебя. Поэтому у нас есть всего два варианта: вступить с ней в бой, как делали наши предки всего один раз, в годы, когда эдары ещё ходили по нашей земле, либо попробовать переправить тебя в другой мир.