Книга Жена Дракона: Хозяйка дворца, страница 26 – Су Вань

Несмотря на тревогу, слова Лань Инь о "причине" приношений и о том, что Владыка "берет жен не просто так", застряли у нее в голове. Это было не просто прихоть могущественного существа? Что-то более глубокое? И как это было связано с ее, смертной, природой?

В тот "вечер", чтобы успокоить мысли, Шао снова взяла нефритовый цинь. Она сидела у окна-террасы, наблюдая за медленно плывущими облаками, и начала играть. На этот раз музыка была другой – не меланхоличной песней тоски, а мелодией, которую она сочиняла сама, спонтанно. Она выражала в ней свои новые ощущения: концентрацию линци, дрожь силы в кончиках пальцев, смесь страха и решимости, ясность, обретенную в Библиотеке. Музыка была живой, наполненной энергией, словно каждая нота искрилась линци.

Она играла, забыв обо всем на свете, отдавшись потоку звуков и энергии. Мелодия стала сложнее, мощнее, отражая растущую силу внутри нее. Она чувствовала, как линци отзывается на ее музыку, вибрируя в воздухе вокруг.

И тут это произошло.

Неожиданно, без предупреждения, в самой дальней части ее гостиной, там, где висела огромная, идеальная ширма, пространство замерцало. Линци в покоях сгустилась, стала почти осязаемой. Воздух наполнился ароматом, похожим на запах гор после грозы и древнего нефрита.

Шао прекратила играть. Ее пальцы застыли на струнах. Она смотрела на мерцание, ее сердце забилось как сумасшедшее.

Из мерцающего пространства выступила фигура. Высокая, величественная, окутанная аурой подавляющей силы. Дракон-Владыка Ао Гуан.

Он был одет в более простые, темные одежды, чем во время первой встречи, но его присутствие было ничуть не менее внушительным. Его черные волосы обрамляли совершенное, но суровое лицо, а глаза… золотые, с вертикальными зрачками, теперь были устремлены прямо на нее.

Он не двигался, не говорил. Просто стоял и смотрел на нее, сидящую у циня, с выражением, которое Шао не могла прочесть. В его взгляде не было гнева или безразличия первой встречи. Было… что-то другое. Наблюдение? Любопытство? Едва уловимый намек на… интерес?

Шао не смела пошевелиться. Страх сковал ее, но под ним таилось и что-то еще – трепет, осознание того, что его внимание, пусть и мимолетное, было сосредоточено *на ней*.

Наконец, он нарушил тишину. Его голос был все так же глубок и резонирующ, но звучал чуть тише, чем в тронном гроте.

"Музыка," – произнес он. Это было не вопрос, а констатация.

Шао сглотнула, стараясь найти свой голос. "Да, Владыка. Я… я играла."

Его золотые глаза задержались на цине, затем снова вернулись к ней. "Необычно," – сказал он. – "В этом Дворце… редко звучит подобное."

"Я… я училась играть в своем мире," – объяснила Шао. – "Это помогает мне… выражать свои мысли."

Он кивнул, медленно, словно обрабатывая новую информацию. Его взгляд все еще был прикован к ней, и Шао чувствовала, как под его взглядом каждая частичка ее существа становится видимой, ее смертная природа, ее страхи, ее новообретенная сила.

"Твоя линци… изменилась," – произнес он, и в его голосе прозвучала едва уловимая нотка удивления. – "Ты учишься у Цина?"

"Да, Владыка," – ответила Шао, чувствуя прилив гордости. "Вы велели мне учиться. Я учусь чувствовать и направлять линци."

Владыка Дракон слегка наклонил голову. Это было то же движение, что и при первой встрече, но теперь оно казалось не символом отстраненного величия, а жестом… оценки