Книга Сера, страница 69 – Калли Харт

— Итак, – сказала Ишабаль, – этот мужчина, который назвался богом, сказал, что вы с Фишером – единственные, кто может предотвратить конец всего сущего? Правильно я тебя поняла? – Ведьма не выглядела расстроенной. Ее голос звучал спокойно, но в голубых глазах бушевал вихрь эмоций.

— Нет. Он сказал, что мы с Фишером – своего рода ось. Слияние нитей судьбы. Он сказал, никто из богов отныне не будет нас видеть. И что мы должны найти способ справиться с гнилью, иначе все будет потеряно. Я не говорю, что мы особенные, Ишабаль. Я хочу сказать, что… – Я с трудом подбирала нужные слова. – Бог сделал ставку на крохотную вероятность, просто чтобы посмотреть, что из этого выйдет. Вот и все. Это ситуация, в которой мы оказались.

Никто, похоже, не обрадовался, услышав такое.

Я обвела взглядом библиотеку и увидела только напряженные, мрачные лица. Пока мои глаза не наткнулись на Кэрриона. Закинув руки на спинку дивана и устроив подбородок на подушке, он лукаво подмигнул мне.

— Ты что-нибудь придумаешь, Фейн. Я в тебя верю. Ты очень умна для двадцатипятилетней девушки.

Я подавила смешок, и напряжение, повисшее в воздухе, внезапно исчезло.

— Если собираешься подшучивать над моей молодостью, Свифт, то тебе следует хотя бы правильно называть мой возраст. Мне двадцать четыре.

Он наклонил голову, шевеля бровями.

— Разве?

— Я… – О. Хм. Я нахмурилась, пытаясь подсчитать. Сколько времени я уже нахожусь в Ивелии? Казалось, что очень, очень долго… Но сколько? Боги, я понятия не имела. Впрочем, я пробыла здесь достаточно. И пропустила свой собственный день рождения. Мне уже действительно двадцать пять.

Кэррион вернулся к чтению.

— Не волнуйся, Фейн. Мы устроим большую вечеринку по случаю твоего дня рождения, как только все вокруг перестанут умирать.

— Я не хочу вечеринку.

— Почему? Ты всегда приходила на моидни рождения.

— Я ходила в «Дом Калы», – поправила я. – Просто иногда там оказывался ты со своими пьяными друзьями.

Лоррет ухмыльнулся Кэрриону:

— Только фейлинги устраивают вечеринки по случаю дня рождения, знаешь ли. Мы перестаем праздновать, когда нам исполняется четырнадцать. Сколько тебе сейчас – семнадцать сотен лет?

— Следи за языком, старик. Я не такой древний, как вы все, – фыркнул Кэррион, переворачивая страницу. – Мне всего тысяча девяносто шесть лет, большое спасибо.

— Невозможно. Наследник Дайантусов пропал, когда мы были фейлингами. Мне было… – Лоррет нахмурился, пытаясь вспомнить. – Мне было тринадцать, когда это случилось. Я готовился к своей клятве. А тебе, Фишер?

В отличие от Лоррета, мой возлюбленный не испытал от этого открытия ни волнения, ни смущения.

— Почти десять, – сказал он.

— Верно. Значит, ты наш ровесник. – Лоррет поднял темные брови, глядя на Кэрриона.

— Это не так, – тихо произнес Кингфишер. – Он прав. Ему, наверное, всего одиннадцать сотен или около того.

Кэррион указал на Фишера:

— Спасибо! Я умею считать, Лоррет Разрушитель Шпилей.

— Значит, он не наследник? – Те Лена выглядела так же растерянно, как и все мы.

— Погодите. Выходит, нет? – Кэррион внезапно выпрямился. – Я сорвался с крючка?

— Он наследник. Я много думал об этом со времен лабиринта, есть приемлемое объяснение возрасту Кэрриона, – сказал Кингфишер. – Когда мой отец прошел с ним через ртуть, должно быть, что-то произошло. Я ставлю на то, что боги снова вмешались.