Книга Сера, страница 344 – Калли Харт

Так что сейчас я не боялся.

Ничто больше не могло меня напугать.

Кроме нее.

Мои глаза привыкли к темноте. При такой толщине льда неудивительно, что лунный свет не мог проникнуть в глубины реки. Но когда тени окружают тебя всю жизнь, когда ты сам соткан из теней, начинаешь очень хорошо видеть в темноте. Очень хорошо использовать другие чувства…

Постепенно шум в ушах стих. Рев эмоций прекратился. Желание ушло.

В конце концов остался только холод…

И серебряная вспышка, мелькнувшая в воде впереди.

Это была ртуть? Какой-то забытый портал, поглощенный Дарном тысячи лет назад? Маловероятно. Вокруг каждого известного портала в Ивелии были построены храмы. Церкви, дворцы. Целые города. А Дарн не всегда был замерзшим. Давным-давно, еще до рождения моего деда, земли Ивелии выглядели совсем иначе. Когда-то эта река была не более чем журчащим ручьем, окруженным полями. Если бы здесь обнаружили ртутный портал, это непременно привлекло бы внимание алхимиков того времени.

И в любом случае ртутные порталы не двигались. Что бы это ни было, оно колыхалось, нет, плыло… и направлялось прямо ко мне. Я уже сжимал в руках кинжалы. Когда я успел достать их из ножен? И что, черт возьми, я буду с ними делать против… против…

Из мрака впереди начала вырисовываться фигура, и у меня внутри образовалась свинцовая тяжесть. Вот дерьмо. Я убрал кинжалы в ножны, оставшись безоружным. Клинки были бесполезны против водных существ, к тому же шелки отличались вспыльчивостью. И легко обижались.

Как правило, они были застенчивыми существами. Их кожа обладала уникальными свойствами, не встречающимися среди других живых организмов в Ивелии. Находясь под водой, они так умело сливались с цветом и текстурой окружающей среды, что многие верили, будто они обладают магией, позволяющей становиться невидимыми. Я знал, что это не так. Это был биологический защитный механизм, настолько действенный, что мог обмануть даже глаза фей, но это существо не пряталось. Оно хотело, чтобы я его увидел. Длинные белые волосы развевались вокруг него прозрачным облаком, пока оно скользило ко мне в толще воды, а за ним тянулась длинная белая мантия.

Проклиная себя, я согнул колени и толкнулся вверх к маленькому окну разбитого льда на высоте тридцати футов, не сомневаясь, что шелки последует за мной. Он показался не для того, чтобы просто проплыть мимо. Столкновение было неизбежно, и встреча на суше казалась гораздо предпочтительнее, чем под поверхностью Дарна. Последнего я, вероятно, не пережил бы.

Когда я вынырнул на поверхность и сделал вдох, воздух обжег легкие. Я успел выбраться из-под льда только наполовину, когда почувствовал, как существо внизу кружит вокруг моих ног. Удивительно, как оно сдерживалось. Большинство шелки схватили бы меня за ботинки и потащили вниз, прижимая мои руки к бокам, пока я не утонул бы. Такова была их природа. Это существо боднуло мои икры, я уперся руками в лед и выбрался на берег. Редкие стебли травы, пробившиеся сквозь снег у кромки воды, хрустнули, когда я поднялся на ноги и повернулся, ожидая шелки.

Доспехи промокли насквозь. Нимерель на моей спине казалась особенно тяжелой, как будто маленькая искра души моей подруги, которая жила в клинке, хотела привлечь внимание, чтобы напомнить: меч должен быть в моей гребаной руке, а не висеть без дела в ножнах. Но искра души Мерель больше не была феей. И она определенно не была дипломатом. Она провела более тысячи лет в качестве меча, а чего еще может хотеть меч, кроме как проливать кровь? Я оставил клинок там, где он был.