Книга Сера, страница 330 – Калли Харт

— И поскольку этот портал отличался от остальных, Беликон уверил, что мне не понадобится реликвия, подаренная матерью, – прошептал Фишер.

Подождите.

Об этом Лоррет ничего не рассказывал.

Лестница была крутой, а воздух – ледяным, но это не имело никакого отношения к моей внезапной одышке.

— О чем ты, Фишер?

Он продолжил говорить – медленно, тщательно подбирая слова и старательно скрывая эмоции:

— Я был связан с ним клятвой. Мне было одиннадцать лет. Беликон сказал, что в его глазах я уже вполне взрослый мужчина, что я готов стать прославленным воином и заслужить уважение при его дворе. Моя мать умерла всего неделю назад, а он поставил меня на колени перед этим камнем и заставил принести клятву. После этого все было легко. Он приказал мне отдать реликвию, а затем приказал войти во врата.

Ветер завывал все сильнее по мере того, как мы поднимались выше. Он становился все холоднее, впиваясь острыми зубами в чувствительные кончики моих ушей. Я пыталась не отставать, слушать, что мне говорят, но из-за жестокости произошедшего это было почти невозможно. Именно здесь Кингфишер вошел в ртуть. Именно здесь она заразила его изнутри и едва не свела с ума.

— Я сделал то, что приказал мой король. Я шагнул в портал. Как только мои босые ноги коснулись зараженной руды, я понял, что умру. Я попал в другой мир. В место… – Фишер запнулся, как будто дошел до середины предложения и обнаружил, что остальные слова вдруг исчезли.

— Король и его стражники два часа ждали возвращения фейлинга, – продолжил рассказ Рен. – А когда он не вернулся, Беликон напустил на себя скорбный вид. Он, дескать, горюет о том, что потерял пасынка, драгоценную связь с его любимой Эдиной. Он уже отписал Калиш вместе с титулом, который прилагался к земле, своему сенешалю, когда портал выплюнул фейлинга обратно. Глаза мальчика сияли серебром, как звезды.

— Я сам себя не осознавал, – прошептал Фишер. – Мне потребовалось много времени, чтобы вернуть свой… разум. Беликон был разочарован. Он решил, что это хороший способ избавиться от меня. Один из оритианских рыцарей вернул мою реликвию, и Беликон отправил меня обучаться ремеслу убийцы в его военных лагерях…

Рен добрался до верха лестницы и ждал нас с мрачным выражением на лице.

— По необъяснимым причинам в тот день портал Аджуна закрылся, – сказал он. – Но с тех пор врата трижды открывались и закрывались без предупреждения. Рыцари всегда несли стражу у портала – на всякий случай. И на протяжении веков никого не призывали заменить их. До сих пор.

Эти слова. Где я слышала их раньше? Я вспомнила почти мгновенно. В Калише, в комнате Эверлейн. Сестра Фишера металась на кровати, и этот ужасный, мертвый голос срывался с ее губ.

«Врата открыты. Их нельзя закрыть. Врата открыты. Врата открыты…»

— Они снова открылись, да? – прошептала я.

Рен кивнул, положив руку на эфес меча, висевшего у его бедра.

— Открылись. Чудовище, выбравшееся из него, убило всех шестерых рыцарей, стоявших на страже, и утащило их тела с собой, когда ушло. Поэтому вызвали меня. С тех пор врата открываются каждый день на три часа. Мы записываем время. Мы ждем.

— Ждете? Чего? – Я тут же пожалела, что спросила.

— Что защитный барьер будет разрушен раз и навсегда, – произнес Рен, уставившись на свои ботинки. – Что древние монстры вернутся и вновь посеют хаос в Ивелии. Это лишь вопрос времени.