Книга Сера, страница 319 – Калли Харт

Моя пара повернулась и, схватив меня за руку, потащила к лису.

— Помоги ему! – рыдала она. – Как тогда, в Аммонтрайете! Сделай то, что ты… ну, знаешь, когда ты держал его, прикасался к нему, и ты… ты исцелил его. Пожалуйста. Пожалуйста!

Я осторожно коснулся ее руки – она отчаянно сжимала мой наруч – и заставил ее разжать хватку, притянув к своей груди.

— Я не могу, Оша. Прости, – прошептал я.

— Но у тебя должно было остаться хоть немного исцеляющей магии. Твоей малой магии. Совсем чуть-чуть. «Он маленький», – ты сам так сказал. Просто… просто попробуй!

Я погладил ее по волосам, прижимая к себе, и медленно покачал головой.

— Прости меня. – Мой голос дрогнул. – Я бы попытался, клянусь, что попытался. Но уже слишком поздно, Оша. Он уже ушел.

Оникс сделал последний прерывистый вдох, пока она плакала. Затем вздрогнул, выдохнул, и его не стало.

Саэрис ударила меня в грудь, отталкивая от себя. Она покачала головой, словно отрицание делало правду ложью.

— Нет. Нет, он не ушел. Нет! – Но потом она увидела его, увидела, какой он неподвижный и умиротворенный, и правда сомкнулась вокруг нее, как тиски. Она упала на колени и зарыдала. – Я не удержала его. Я не… Он ушел, а я… не…

Боги. Мне нужно было утешить ее, но как я мог это сделать, когда по моему лицу текли слезы? Я все равно подошел к ней, присел позади и заключил в объятия.

Холодный смех эхом прокатился по Плетеному лесу, пока мы горевали.

— Этот проклятый лис. Он мучил нас день и ночь, пока мы ждали тебя, алхимик, – прохрипел Беликон. – Мы думали, что это просто… дикий зверь, пытающийся украсть еду. Он укусил троих стражников. Откусил… палец Ориусу… прошлой ночью. Он не давал покоя лагерю, тявкал… и… царапал… дерево.

Дерево.

Дриаду, которая заточила меня в темницу. Я нес Оникса на руках, когда вошел в темные врата, чтобы покинуть Калиш. Я нечаянно привел его сюда… и он никогда не покидал меня.

Саэрис подняла лисенка на руки и нежно прижала к себе.

Бархатные ушки с черными кончиками.

Крошечные белые реснички.

Подушечки пальцев, снова потрескавшиеся и кровоточащие…

Он выглядел таким маленьким и хрупким, свернувшись калачиком.

Но он не был маленьким.

За все годы странствий по этому королевству я не встречал никого более могучего и храброго, чем этот маленький лисенок с сердцем волка.

Моя возлюбленная страдала, но она не могла оставаться здесь. Скоро должно было взойти солнце, и в лесу было небезопасно.

— Оша, мы должны идти.– Я говорил только с Саэрис: этот ублюдок, прижатый к земле, не заслуживал ни единого слова. – Возьми его. Мы почтим его память.

— За безрассудство всегда приходится платить, – произнес Беликон. – Впусти слабость в свое сердце, и она тебя сломает.

При этих словах мой гнев стал чистым и острым, как кристалл. Мне нужно было держать себя в руках ради Саэрис, но, живые боги, этот ублюдок усложнял задачу. Я взял свою пару за руку и помог ей подняться на ноги. Я бы понес ее, если бы она не могла идти. Но сначала…

Я стоял перед ублюдком, который стал причиной смерти моего отца.

Который мучил меня с самого детства.

Который убил мою мать.

Который украл целое королевство и приносил его жителей в жертву ради забавы. Ублюдком, с которым я больше не был связан клятвой.

Он смотрел на меня равнодушным взглядом, словно ему наскучило мое присутствие.