Книга Сера, страница 276 – Калли Харт

Хотя он не имел ничего общего со своей семьей и не разделял их убеждений, все же Лоррет вырос под их крышей, а некоторые вещи остаются с тобой, независимо от того, веришь ты в них или нет. Я видел, как мой друг использовал свою силу лишь дважды, и оба раза – ради спасения кого-то другого. Позже, если бы я спросил, почему он это сделал, Лоррет, вероятно, сказал бы, что высвободил свою силу, потому что думал, что Ишабаль собирается напасть на меня, и искренне в это верил. Но я видел выражение его лица, когда он вскидывал руки, – он сделал это еще и потому, что злился.

Ишабаль оторвало от пола. В мгновение ока она отлетела назад и врезалась в старый пыльный книжный шкаф за письменным столом. Книги посыпались на пол. Ваза, полная сухих цветов, упала и разбилась вдребезги. Белый свет обвился вокруг запястий и лодыжек ведьмы, приковав ее к книжному шкафу. Энергетическая лента, сжавшая горло Ишабаль, впилась в ее кожу и туго натянулась.

— Я… не… – ведьма задыхалась. – Не была…

— Закрой рот, – огрызнулся Лоррет.

Ишабаль умоляюще посмотрела мне в глаза.

— Ты… просто будешь… стоять там? Ты не тот… идеальный… герой-спаситель, которым при… притворяешься рядом… со своей парой!

Герой? Мне хотелось рассмеяться. Боги, как же мне этого хотелось. За всю свою жизнь я не слышал ничего более нелепого.

— Я никем не притворяюсь, – ответил я. – Саэрис делает меня добрее, чем следовало бы. Не суди обо мне ошибочно. Ради ее безопасности я готов пойти на что угодно. Я забрал бы своих друзей и мою пару в другой мир и позволил бы этому сгореть, если бы мне хоть на мгновение показалось, что она этого хочет. Я отдал все, что у меня было, чтобы защитить жителей Ивелии, а они плюют на меня и требуют моей головы. Я вот-вот потеряю свой дом из-за этой проклятой богами гнили. У меня не осталось любви к этому миру, и во мне сохранилось очень мало хорошего. Боюсь, если ты возлагаешь надежды на героя, тебе придется поискать его в другом месте.

Ишабаль моргнула, и обвинение в ее глазах пронзило меня. Казалось, по ее щекам вот-вот побегут слезы.

— Ты не… не серьезно. Я вижу тебя… – прошептала она. – Твою душу. Ты будешь сражаться и проливать кровь… ради этого… мира…

— Лоррет! – Дверь в гостиную оставалась открытой. На пороге стояла Саэрис, с ее волос и одежды капала вода, а рот был приоткрыт от ужаса. – Что ты делаешь?!

Лоррет отреагировал так, словно его ошпарили. Его сила с треском исчезла, оставив после себя запах озона. Ишабаль сползла с книжного шкафа и, кашляя, рухнула среди упавших книг. Щеки и уши воина вспыхнули ярким румянцем, когда он отвернулся от ведьмы и уставился на оконную раму, не в силах встретиться взглядом с Саэрис.

— Что, черт возьми, происходит? – Саэрис принесла с собой запах дождя, войдя в комнату. Она перевела взгляд с Ишабаль на Лоррета, а затем на меня. – Мы что, теперь используем пытки? – тихо спросила она.

— Все в порядке, – прохрипела Ишабаль. – Лоррет не собирался причинять мне вред.

— Собирался, – возразил воин.

В кланах были ведьмы, которые умели читать души. Говорили, они могут оценить мужчину, просто взглянув на него. Хороший. Плохой. Добрый. Равнодушный. Очевидно, они где-то существовали – отпечатки наших душ, доступные для избранных ведьм, которые могли просмотреть их так же легко, как книги. Ишабаль никогда не упоминала, что способна на такое, но уверенность, звучавшая в ее словах, заставляла преположить: ведьма обладает этим даром.