Книга Студентка под прикрытием и препод на мушке, страница 44 – Лена Тулинова

— Ммм, измена родине, как интересно, – штрихи, которые я наносила на бумагу, поневоле стали резкими.

Черты лица Индары, такие чеканные, заострённые, требовали таких мер.

— Ты легкомысленно относишься к таким серьёзным вещам, – сказала девушка.

— Что ты. Я иронизирую, но в глубине души жажду помочь агентству. Однако мне надо доложить об этом своему начальству.

— Подполковник Грейн уже два часа как в курсе, – довольно жёстко сказала Индара.

— А вы ей лично докладывали или через её помощницу? – уточнила я невинно.

— Через адъютанта, как её… Беату Грейн.

— Ага, понятно. Я всё-таки поговорю с подполковником лично. Но скорее всего, я в деле, – повернув к Индаре набросок, дала ей оценить мою работу.

Барышня горделиво кивнула.

— У тебя хорошо получается схватывать суть, – сказала она. – Даже слишком хорошо. Ты лучшая ученица?

— Я-то? Ну, если мне за мою работу здесь зачтут пропуски и поставят автоматом оценки по разведке и добыче информации, то буду в пятёрке не самых отстающих разгильдяев, – хмыкнула я. – В общем, вы с Оливией можете на меня положиться. Я вас никому не выдам, а вы не будете мешать работать мне.

— А у тебя какая миссия? – спросила Индара.

И что-то мне вдруг показалось подозрительным в её интересе. Думаю, что и она мне далеко не всё рассказала прямо и честно. И что они с Оливией будут пытаться использовать меня втёмную, так всего и не выложив до конца. Поэтому я соврала:

— У меня совсем небольшая миссия. Айрен Кроссемир на прошлом месте работы заставил о себе говорить в… ну, дурном свете. Но нет доказательств, что он – коварный соблазнитель и совратитель. Так вот, мне поручено скомпрометировать Кроссемира, причём так, чтобы инспекторша получила доказательства его непорядочности.

— Какая ещё инспекторша? – удивилась Индара.

— Ну эта… полиция нравов, – пояснила я. – Такая бесноватая тётенька, что целый день носилась по школе в поисках нарушений. Видимо, не понимает, что всё это надо делать тихо.

— Кто-то бесноватый носился сегодня по школе? Я не заметила, – Индара, кажется, удивилась ещё больше.

А я сделала выводы о её наблюдательности.

— Наверно, просто ходила другими путями, – усмехнулась я. – А ректор Фройсон вами в чём-нибудь уличён, кстати? Я утром его видела…

— Он часто бегает утром в подштанниках и следах от поцелуев, – махнула рукой Индара. – Но это не особая тайна. Все, кому интересно, уже давно знают, что у него в хозблоке свой интерес.

— Дама?

— Ну не кавалер же, – развела руками моя натурщица.

— А хозблок – это что и где?

— О, ну какая разница? Будешь дежурить по этажу, заглянешь туда, и не раз, – усмехнулась девушка. – Бельё постельное там, кое-какие принадлежности бытовые. Или вот если кровать понадобится починить. Завхоз там, конечно, тот ещё пошляк, но дама ректорского сердца умеет его урезонить, если сильно пристаёт.

— А он пристаёт?

— Да он там сидит, как дракон в пещере, рычит на всех, ругается за каждый носовой платок, – вздохнула Индара, – а иногда на него находит, и он ни одной юбки не пропускает. Тоже мне, герой-любовник… Лысый, потный коротышка с волосатой грудью навыпуск…

Словесный портрет завхоза мне не понравился. Очень уж смачно Индара его набросала. И опять-таки прозвучало то самое слово: дракон.

Я показала Индаре эскиз, и только она ушла из моей спальни, как в дверь постучалась Полли.