Книга Студентка под прикрытием и препод на мушке, страница 4 – Лена Тулинова

Да лаааадно? Косметологии? Даже интересно, как он её будет преподавать.

— Вот, юная госпожа Эрендейн, от чего вы отказываетесь, – заметив моё остолбенение, сказал Фройсон тоном коварного соблазнителя.

В наблюдательности ему не откажешь. И в умении манипулировать.

— Хорошо, – сказала я холодно, глядя в глаза не ректору, а этому, с позволения сказать, Кроссемиру. – Я остаюсь. Зачисляйте на этот ваш…

— Факультет красоты! – хлопнул в ладоши ректор.

— Красоты так красоты, – сразу согласилась я убитым голосом.

И тоже хлопнула – но на этот раз дверью.

За нею остались ректор и поразительно красивый преподаватель магической косметологии Айрен Кроссемир. Его облик отпечатался в памяти не хуже, чем профиль короля на чеканной монете. Ах, эти шелковистые каштановые волосы, непослушной волной падающие на лоб, эти выразительные ореховые глаза за изящной оправой очков! Этот умный и в то же время мужественный вид… Так, стоп, Юника, хватит вот этого самого. Ты просто соскучилась по мужской ласке. Тебе делом заняться надо, а не мечтать о том, чтобы эти прекрасные руки обняли тебя, задрали юбку повыше и…

Я тихо выругалась. Это всегда помогало при наваждениях. Вот и сейчас стало полегче. Надо первым же делом обезопасить себя от любовных наваждений и начать изучать всё кругом на предмет наложенных чар или подмешанных зелий. Да, и воздух изучить. Всё, вообще всё, Юника Эрендейн. И никак иначе.

Четвёртый курс факультета прикладной красоты в полном составе сидел в аудитории номер сорок три – небольшом амфитеатре человек этак на сто. Свободных мест было полно, но все красавицы собрались вокруг меня, занявшей сиденье в середине третьего ряда.

Двадцать две идеальные мордашки были повёрнуты в мою сторону. Я, двадцать третья, была среди них как чёрная ворона среди голубок.

У них всех были чудесные фигуры, гладкие личики, волосы как нарисованные – локоны, хвостики, гладкие или пышные причёски. Одежда как с иголочки: туфельки-чулочки, бантики-оборочки, юбочки-блузочки. И как-то так они выглядели, что я волей-неволей почувствовала себя замарашкой. Ну чисто пыльный комочек рядом с белоснежным клочком ваты, честное слово. Тем более, они почти без исключения были блондинки – только две очень гладко причёсанные брюнетки выделялись на их фоне. Но как-то и не слишком выделялись, кроме цвета волос.

Мои же рыжие волосы были чистые, но не такие гладкие, как у всех, кожа, хоть и без прыщей, не поражала своей безупречностью, и фигура… Эх, вот нечистый их побери, этих девушек, но даже со своим «приданым» я заметно отставала от их идеальности. Точёные, стройные, длинноногие студентки казались представительницами какой-то иной расы, не человеческой. Моя спортивная подтянутая фигура на фоне этих «тут пышненько, там тоненько» выделялась как сосна среди берёз.

И ведь ещё с вечера я заподозрила неладное, но у меня тогда не было шансов как следует разглядеть этих девиц. Они жили в комнатках по двое, я была лишняя, и в итоге получила невиданную роскошь: отдельную спальню. Правда, переделанную из кладовки. И сегодня, понимая, что предстоит непростой день по внедрению в неизвестную мне группир… то есть группу, я оделась, казалось бы, простенько и со вкусом. И, конечно, теперь выделялась. Очень выделялась.