Книга Брошенная жена правителя Севера, страница 80 – Ри Даль

— Тогда, может, тебе захочется развлечься с кем-нибудь более сговорчивым? — ядовито бросила я. — Скажем, с Виндис. Она всегда готова услужить новому конунгу.

Хальдрим рассмеялся и наклонился ещё ближе. Его губы почти касались моей щеки.

— О, опять Виндис? Ты точно ревнуешь, Гайлина.

— Ничего подобного! — огрызнулась я, но тело моё выгнулось ему навстречу, словно само искало его тепла. — Это ты с неё глаз не спускаешь. А я… я просто…

— Просто что? — его пальцы скользнули по моей шее, заставив меня задрожать. — Ты моя жена. И в данный момент я смотрю только на тебя. И собираюсь попробовать твои губы на вкус.

Сердце моё ухнуло. Я повернула голову, пытаясь отстраниться, но его ладонь поймала мой подбородок, разворачивая лицо к себе.

— Для начала тебе стоит спросить у меня разрешения, — прошептала, глядя в его глаза с вызовом. Внизу живота пульсировала жаркая, тягучая волна, которую я отчаянно пыталась игнорировать.

— Я не обязан спрашивать у тебя разрешения, — прорычал он, и в голосе его зазвучала тёмная, собственническая страсть.

— Да неужели? — мои губы изогнулись в презрительной улыбке. — У других доступных девок ты, конечно, можешь брать всё, что угодно. А меня ты обязан уважать.

— Ты себе много воображаешь, Гайлина Беловеж, — прошептал он, нависая надо мной так близко, что наши дыхания смешались.

— Ничего подобного. А ты… ты просто животное.

Его глаза потемнели. Он опустился ещё ниже, прижимая меня всем весом к мягким мехам. Я попыталась ударить его свободной рукой, но он поймал и её тоже, приковав обе запястья над моей головой. Его тело вдавливало меня в постель — тяжёлое, неумолимое, и такое желанное, что я едва не застонала.

— А что ты будешь делать, если я закричу? — выдохнула я, глядя ему прямо в глаза. В этом взгляде смешались ненависть, вызов и что-то куда более опасное — томительное, сладкое предвкушение.

Хальдрим улыбнулся — хищно и торжествующе.

— Кричи, сколько влезет. Слышишь? Пир только набирает обороты. Если отец уезжает раньше, нордары будут праздновать вдвое отчаяннее. Никто тебя не услышит.

И правда — за стенами нарастал гул: хохот, песни, стук рогов о столы. Шум становился всё громче, будто весь мир решил потакать его безумию.

— Исульф! — крикнула я, наполовину всерьёз, наполовину в странном, пьянящем азарте этой опасной игры. — Исульф, спаси меня!

За дверью послышался скрежет когтей. Волк заскулил, царапая дерево.

— Вот видишь?! Даже дикий зверь жаждет спасти меня от тебя! Исульф!..

Хальдрим рассмеялся, не отрывая от меня взгляда.

— Ты просто его заколдовала, ведьма. Как и меня, кажется.

— Что ты несёшь? — прошептала я, но голос мой уже звучал не так уверенно. Его губы были так близко…

— А чтобы разрушить твои чары, нужно поцеловать ведьму, — прорычал Хальдрим и наклонился.

Я отвернула голову в последнюю секунду. Его губы коснулись моей щеки, скользнули ниже, к шее. Жар обжёг кожу. Я выгнулась, не понимая, пытаюсь ли я вырваться или, напротив, прижаться ближе.

— Не смей…

Он снова поймал мои губы в ловушку — почти. Наши дыхания смешались, сердца бились в унисон. Ещё мгновение — и…

Грохот сверху. Что-то тяжёлое ударилось о крышу.

— Хальдрим! — выдохнула я. — Там… на крыше что-то упало!

— Какая разница, — прорычал он, не отстраняясь. — Пусть хоть всё небо обрушится. Сейчас меня волнует только это.