Книга Уговор света и тьмы, страница 28 – Дарья Весна

— Я сначала боялся, что это Влад, — признался Васил.

— Ни в коем случае. Неужели тебе было мало тех лет, что он жил под твоей опекой, чтобы понять — Влад не променяет человеческие жизни на сомнительное могущество от тёмной силы. Ему в «прошлой жизни» этого хватило, — покачал головой Эдо.

— Да, я уж вижу, что он по сути своей воин, а не пират. Хотя его батюшка и известен свой жестокостью. Но дети не всегда принимают путь родителей, даже если варятся в том же котле с начала жизни, — поморщился Васил.

Эльф не-поэльфийски ехидно улыбнулся его словам.

— Васил, тебя же в котле не варили? — лукаво поинтересовался он.

— Меня — нет. Других — сколько угодно, — почти спокойно сказал Император.

— Понравилось?

— Нет.

— Вот и давай сделаем то, чего ты сейчас хочешь больше всего — найдём мерзавца. И только потом станем беспокоиться о твоём происхождении, — предложил Эдолиэль.

— Найдём и сварим? — с надеждой спросил Император.

— Тебе решать, — ответил друг так серьёзно, словно Васил и вправду мог это сделать.

— Я поговорю с Анри и придворными. А ты со слугами, которых уже успел обаять и с Владигардом, — кивнул Император.

— Так и поделим, — подтвердил друг и, легко взлетев из кресла, умотал искать.

Император посмотрел ему в след и ещё немного поразмышлял, не было ли всё сказанное Эдолиэлем фактическим признанием в любви к Лорелее? Но всё до чего додумался — итоговый разговор состоится после решения насущной проблемы. И никто не поручится, что он будет приятным для самого Васила.

После чего Император вызвал и переговорил с Анри, а затем покинул кабинет и отправился общаться с придворными, размышляя, что ему ещё предстоит узнать, как Лорелея попала в его лабораторию.

Разговор с Анри оказался коротким: преданный слуга был не из тех, кого легко провести. Но и он не смог рассказать о таинственном госте много, зато подтвердил его лиходейское существование.

Приезжий Иванн Мерсье, которого кто-то уже успел окрестить «Мерзье» был поселен в дальние комнаты соответственно статусу. Никого открыто при Анри Иванн не задевал. А вот младших слуг ни во что не ставил. А о местных женщинах вообще выражался: «старушенции и недоростки». Император привык, что его специфическому подбору слуг многие удивляются, особенно родовитые любители молоденьких горничных, но тут Васил ничего никому не объяснял, а сами слуги видели в этом определённую житейскую мудрость. Наверное.

Жаль внешность неприятного гостя никак не припоминалась: расплывчатая какая-то, серая… или хилая, или… Документы же у новоприбывшего были в порядке и исходные и выданные уже здесь. Нет, у Кифора про него Анри не спрашивал. По непонятной для него самого причине. Наверное, посчитал, что для мирного времени хватит подписанной начальником охраны бумаги. На том Васил с ним и расстался.

За несколькими ключевыми придворными пришлось побегать. Все эти люди занимали важные должности и продолжали работать зимой здесь, в родовом замке князей Василийских, ныне ставших императорским домом. Зимой замок становился коммуникационным центром, куда стекались письма со всей Империи. После сбора налогов происходила итоговая оценка планов денежных вложений на следующий год. Придворные не просто так прохлаждались в северной части страны, у каждого здесь было дело. Впрочем, те, кто мог позволить себе услуги мага владеющего телепортом, мотались туда-сюда. А самые выносливые добирались и своим ходом.