Книга Заговор Седьмого неба, страница 21 – Дарья Весна

Теперь Васил хмуро смотрел в лицо своему канцлеру. Не отводя взгляд, он попытался протянуть руки к моим плечам, чтобы обнять, но до этого так и не дошло. Не знаю, что сказал ему взглядом в ответ канцлер, но от Императора отлетела такая тёмная волна смешанных чувств, что спине стало жарко. Утихомирив Императора, Виктор Смелье повернулся ко мне.

— Госпожа маг. Я прошу прощения от лица Империи за... всё, – деликатно выразился канцлер, видимо стараясь не задеть меня ещё больше, чем предполагала подобная ситуация. – Никто в замке кроме меня не в курсе событий. Если вы сейчас вернётесь в свою комнату, всё будет хорошо. Вы умеете накладывать чары невидимости?

Я кивнула в колени, не поднимая буйную головушку.

— Здесь недалеко до вашей комнаты, вправо по коридору, затем налево ‒ в этом коридоре ваша комната последняя.

Мне разрешили выметаться. Правда, ощущение было паршивым. Как будто нашкодили мы вместе с Императором, а шишки достанутся только ему. Даже если никакого отношения к правде это чувство не имело. Вроде бы.

Решив, что ничего лучше, чем смыться отсюда, я сделать не смогу, сжала несчастные завязки и, отрывая голову от колен, спешно начала накладывать заклинание. На пол спрыгнули уже невидимые ноги. Отёкшие от спанья в обуви они едва не подвели, благо зрители не могли видеть, как я чуть не свалилась посреди комнаты из-за спешки.

— Почему, Васил? – услышала я спокойный голос канцлера, уже выбегая за дверь.

Так вот кто учил его вести допросы! Или... просто воспитывал.

* * *

Дохромав до своей двери и, пропустив по дороге, прижавшись к стенке, пару совсем молоденьких служанок, куда-то несущихся наперегонки, я вползла в комнату, задёрнула шторы и кинулась сдирать с себя корсет и опостылевшее розовое платье.

Сожгу! Буду ходить в драных и застиранных, но всё равно сожгу!

Швырнув платье, как тряпку со всей дури на пол, я упала на кровать, а потом, сбросив туфли, бросилась растирать ноги. Гадское чувство в душе не исчезло с уходом от Императора, а только усилилось. Казалось, сколько ни смотри я людям в глаза, теперь всё время буду чувствовать его прикосновения к телу. Ощущения от нижней рубашки тоже было неприятным, пришлось скинуть и её. Запихнув бельё под подушку и, распустив волосы, я закуталась в них, сжавшись в комок.

Мысли в голове носились, как бешенные.

Что на самом деле про случившееся думает канцлер?

А что дальше станет делать Император? Император сегодня уезжает! Его долго не будет.

От этой мысли стало немного легче. Есть время придумать, как дать мужчине почувствовать себя настоящим мерзавцем. И как извлечь из сложившийся ситуации, раз уж она всё равно сложилась, выгоду для себя. Ненавижу так относиться к людям, да жизнь научила, что с паршивой свиньи хоть сальца кус. Тьфу, шерсти клок! Ну или ещё как-то так.

Переведя мысли в более рациональную сторону, я так и не сподобилась разреветься от жалости к себе. В последнее время с жалостью вообще стало плохо. Наверное, она у меня уже заканчивается. Вздохнув, я нехотя потащилась в ванную, налила в чашу воды, согрела и окунулась с головой.

В какой-то момент в комнату опять напросилась служанка. Вошла и уговаривала выйти покушать «пока горяченькое». Я послушным голосом пообещала, что всё подогрею сама, и она ушла, протрещав, что канцлер велел меня сегодня особо не беспокоить, дать нормально отдохнуть с дороги.