Книга Заговор Седьмого неба, страница 17 – Дарья Весна

Зато Императора жажда просто пытала! Время от времени лакеи подливали ему ещё вина. Интересно, он сегодня с утра селёдку ел, и это временное явление или жажда ополчилась на него на всю жизнь? И можно ли запить селёдку вином? Или это, как я и боялась, дурная наследственность давала о себе знать?

С трудом отколупав кусок картошки, и поднеся ко рту, я поняла, что проглотить его не смогу и всё тут. Стараясь не стукнуть прибором о край тарелки, я положила вилку с не надкушенным куском обратно. А ведь от еды на императорском ужине не отказываются. В этот момент канцлер бросил на меня проницательный взгляд.

— Госпожа маг, вы просто обязаны попробовать новый соус нашего повара, он великолепен. Никто так и не смог вызнать в точности, какие именно травы он туда упрятал, – тепло улыбнувшись, заявил мне канцлер.

Я осторожно улыбнулась, надеясь, что в этот момент не слишком сильно похожа на зомби. Ко мне подскочил внимательный слуга и налил на тарелку упомянутый соус. Я поискала глазами чёрный хлеб, но не нашла, лишь кусок белого. Не люблю его, хоть и редко такое лакомство перепадает. Но послушно взяла что есть, обмакнула в соус и откусила кусочек. Сразу стало легче, в голове просветлело, перед глазами больше не мельтешило.

— Очень вкусно – листья шалфея и пыльца коричного дерева, – открыто посмотрела я на канцлера.

Странно, вроде бы сил эти травы прибавлять не должны, но...

Герцогиня быстро стрельнула на меня глазами. Наверняка, она уже мысленно отдавала новые указания своему повару. Канцлер одобрительно кивнул. Обмакивая картофель в соус, и закусывая его кусочками жаркого, я всё-таки справилась с ужином.

— Пожалуй, нашей новой знакомой уже пора – стоит выспаться после дороги, – непринуждённо обронил господин Смелье, когда я доела последний кусочек с тарелки.

Канцлер единственный разумный человек в этом кошмаре!

Император медленно кивнул.

— Спасибо, вы правы. Извините меня, Ваше Императорское Величество, господа, – я сделала все положенные реверансы и пошуршала юбкой к выходу.

— Видел? Видел, как он её по спине гладил? – зашипели в зале, когда я из него выходила.

— Интересно, удобная ли у неё... комната? – прыснул кто-то из хлюстов.

— Платье! Розовое! – раздался визгливый женский голос.

Но, скорее всего, не герцогиня.

Вот тебе, Ло! Из огня да в полымя.

Я с поганым чувством вспомнила, что на гербе Василикии и Карпатии намалёван подло ухмыляющийся в полёте василиск.

Император призвал болтунов к порядку резким взглядом. Не раздалось ни слова, но все мгновенно замолчали.

— Я уезжаю. Завтра утром, – быстро бросил он.

Что было дальше – не знаю, двери Обеденного зала за мной захлопнулись с надежностью хорошей мышеловки.

Странно, почему когда мы заходили сюда с Императором, мне показалось, что здесь не было дверей?

* * *

А теперь у меня началась новая увлекательная игра: мышь ищет вход в лабиринт. Внутри её ждёт кусок сыра ‒ тёплая постелька и умывальник.

Где же мы здесь шли с Божественной сущностью\змеем-искусителем Василом?

Одинаковые факелы в кованых петлицах, доспехи, вышедшие на пенсию и примостившиеся вдоль стен, гобелены неизменно с баталическими сценами: василийцы против соседей, магических чудовищ, голода, засухи и на одном даже, кажется, против карпат – но этот гобелен был очень старый, затёртый и замызганный. Так что это, скорее всего, не политическая позиция, а недогляд. Или мимо этого гобелена как бы ненароком водили на прогулку особо зарывающихся карпат?