Книга Там, где крадут сердца, страница 159 – Андреа Имз

Корнелий мяукнул.

— Вот так.

Набрав в грудь воздуха, я открыла дверцу. Люди, собравшиеся на дороге, с недоумением смотрели, как из нарядной кареты вылезает незамысловатая будничная персона. Как будто из лебединого яйца вылупился воробей.

— Доброе утро, – сказала я человеку с копьем в руках, стоявшему ближе всех. Ничего умнее мне не пришло в голову.

Человек оглядел меня с головы до ног и вежливо ответил:

— Доброе утро. По этой дороге уже давно никто не ездит. На нас возложена обязанность останавливать всех и вся, что по ней движется.

— Почему?

— Правильно ли я понимаю, что вы приехали из Невидимого королевства? – спросил человек с копьем.

— Никогда не слышала такого названия. Но вы правы, мы приехали из другого королевства.

— Из того, что за туманом?

— А. Да. Мы проехали сквозь туман.

По толпе прокатился гул – тревожный, даже испуганный.

— Долгие годы сюда никто не приезжал, вы первые, – сказал человек с копьем. – Нам придется препроводить вас к нашей старосте.

— Хорошо, – осторожно согласилась я. – И что она с нами сделает?

— Последний такой случай был давно, и я не знаю, что она решит, – сказал человек с копьем. – Мы, честно говоря, не ожидали, что по этой дороге кто-нибудь проедет.

Сильвестр открыл дверь – он явно решил, что у меня какие-то затруднения. Я замахала было, чтобы он не высовывался, но его уже заметили.

— Волшебный делатель! – закричал человек с копьем. Он, кажется, был здесь за главного. По толпе снова пробежал гул, отнюдь не дружественный. – Прошу простить, но ему придется последовать за нами под стражей и со связанными руками.

Волшебник открыл было рот, но я успела опередить его:

— Хорошо. Как скажете.

Наверное, Сильвестр, стоило ему захотеть, сумел бы в мгновение ока освободиться от пут, но он подчинился, позволив связать себе руки за спиной.

Человек, связывавший его, явно испытывал боязливое почтение к росту, красоте и богатым одеждам волшебника; он действовал осторожно, стараясь, чтобы веревки не натерли безупречную кожу.

Вряд ли здешние жители знали, что с ним делать. Они, наверное, никогда еще не видели волшебных делателей. Я поняла это, заметив, что они хоть и впечатлились его видом, но в рабскую зависимость не впали. Волшебник, кажется, не поражал их так, как меня или любого другого человека у нас дома, даже и не Зацепленного. Окажись мои односельчане так близко к Сильвестру, они стали бы заискивать, боготворить его; а эти люди были вежливы, может быть, испытывали некоторую смесь страха и благоговения, но в раболепие не впали.

— Хотите – оставьте карету здесь, – предложил главный. – Мы отведем ваших лошадей в деревню, если их нужно накормить и напоить.

— Э-э, нет, им и так хорошо, – неловко сказала я. Человек с копьем, кажется, не очень удивился. Наверное, он умел определять волшебное на глаз. – Но кота я заберу.

Главный пожал плечами. Корнелий, который уже ждал знака в дверях кареты, одним плавным движением метнулся мне на плечо, немного цепляясь когтями, чтобы удержаться.

Люди отвели нас с Сильвестром и Корнелием в деревню, которая оказалась палаточным поселением; жилища на деревянных шестах были просторными, но явно временными.

Из временных загонов на нас глазели животные, куры клевали что-то на немощеной улице, и ватага ребятишек играла в какую-то мудреную игру, включавшую в себя сломанное тележное колесо и веревку.