Книга Там, где крадут сердца, страница 105 – Андреа Имз

— Она хотела сорвать меня, – сказала я. – Но ее что-то остановило.

— Ты ее укусила.

— Нет, до этого. Она попыталась – и не смогла.

— Как бы то ни было, – рассудительно промяукал Корнелий, – у нас все получилось.

Меня больше не окружало все черное. Мы стояли в увешанном впечатляющей паутиной коридоре, по которому гуляли сквозняки (что было облегчением после удушающе теплого Дома), и вдыхали еле заметную сырость. Везде густо вились темные лозы.

Я медленно переводила взгляд с одного незнакомого угла на другой. Поверхности были щедро покрыты пылью, словно не в меру напудренное старушечье лицо, отчего казались пушистыми и лишенными четких очертаний. Сюда явно давно не заходили: пыль не потревожили ничьи следы, если не считать отпечатков лап Корнелия.

— Неужели это и есть настоящий Дом? – спросила я.

— Нет.

— Но ты говорил…

— Он именно так и выглядит, и он выглядит совершенно не так, – объяснил Корнелий, подергивая хвостом. – Они оба настоящие, одновременно.

— И один не стоит поверх другого?

— Нет, – утомленно сказал кот. – Я же тебе говорил. Они оба стоят на одном и том же месте в одно и то же время.

Я готова была принять мысль о том, что два Дома могут сосуществовать в одно время в одном месте, но на чем я, интересно, спала весь последний месяц в пространстве Другого Дома? На ворохе сена с гнездами полевок? При мысли об этом мне стало обидно.

— Не думай слишком усердно, – предупредил Корнелий. – Вдруг он подслушивает.

— А волшебные делатели не последуют за нами? – спросила я. – У них же магическая сила. Если я сумела сюда пробраться, они и подавно сумеют.

— Вряд ли, – сказал кот. – Потому что здесь нет никакого волшебства. Здесь всякое волшебство отсутствует, если ты меня понимаешь. Им здесь не за что зацепиться, чтобы наслать чары. Они это место, так сказать, просто не замечают.

Значит, я оказалась в единственном пространстве, свободном от паутины заклятий. Теперь мне дышалось легче, я распрямилась. Постоянная тянущая боль в сердце не ушла совсем, но ослабла. Я глубоко вдохнула – и тут же пожалела об этом, потому что из-за пыли закашлялась и долго отплевывалась.

Когда в глазах прояснилось, я увидела, что вокруг вьется все та же пыль. Прятаться здесь неизвестно сколько, избегая заклятия? Но от него все равно не спастись.

Из живого здесь были только вьющиеся лозы, воды я не видела. Придется как-то упросить Корнелия каждый день таскать мне еду, пока жизнь моя не окончится естественным образом. Ни меня, ни его такая перспектива не устроит.

Я сжала запястье Колина. Пульс еще прощупывался – слабый, еле заметный, но ровный.

— Надо выбираться отсюда. Надо бежать. Кларисса убьет нас обоих.

— Значит, мы уходим навсегда? – спросил Корнелий.

— Придется.

Я постаралась не обращать внимания на боль, которая проснулась, стоило мне подумать о разлуке с Сильвестром. «Ты не настоящая», – сурово сказала я ей.

— Куда мы пойдем?

— В мою деревню мы вернуться не сможем. Сейчас – не сможем. Волшебник наложил на меня заклятие, от которого боль накатывает волнами, но если я слишком удалюсь от него, оно меня не защитит. Мне снова станет очень плохо. Мы пойдем к членам тайного общества, о котором я говорила. Они – наша единственная надежда.

— Ладно, – согласился Корнелий. – А поесть у них найдется?