Книга Истинная для дракона, страница 42 – Алиса Князева, Лиза Чехова

По коже пробегает волна колючих мурашек, сердце пропускает удар. Я делаю резкий шаг к зеркалу и хватаю раму раньше, чем осознаю, что делаю. В уголках глаз собираются слёзы.

— П-папа!

Я не могла поверить своим глазам. Лицо отца я видела только на фотографии у мамы, которую она тщательно прятала на дне своей прикроватной тумбочки.

Фотография была черно-белая и сильно пожелтевшая от времени, края загнулись и начали рваться.

Мать прятала фото и не показывала его мне, но один раз, когда я играла в ее спальне, то случайно нашла.

Я сразу поняла, что это мой отец. Говорят, что девочки по статистике чаще похожи на своих отцов. В моем случае это правда.

Я изучала эту фотографию, рассматривала часами. Казалось, что я знаю его черты лица наизусть.

Были очень тяжелые дни, когда мама была занята работой или своей личной жизнью, а до меня её совершенно не было дела. В такие моменты я пробиралась к ней в спальню и “рассказывала” отцу о своем дне.

Это было так глупо.

Я говорила с фотографией. Мечтала, что когда-нибудь его увижу. Мечтала о том, что он обязательно окажется шпионом, который выполняет сложное правительственное задание, и именно поэтому он не мог со мной связаться.

Мне хотелось верить в то, что у него есть веская причина по которой он меня не разыскал.

Приходилось в это верить, а иначе я чувствовала себя никому не нужной и покинутой в этой жизни.

Затем появился мой отчим. И доступ к матери в спальню был закрыт, потому что отчим постоянно был дома. Он изредка перебивался непостоянными зароботками, но чаще сидел дома.

Я хранила в памяти образ отца.

Мечтала что увижу его.

И вот он стоит передо мной, а я не могу ничего сказать.

Мужчина также пристально рассматривает меня, немного сурово, но тут его взгляд меняется.

Проскальзывает еле заметное удивление.

Затем лицо снова становится суровым.

— Ты не Лайла.

Говорит мужчина.

Я пячусь назад. Мне нужна опора. Сейчас я упаду. Не чувствую ног, не ощущаю своего тела.

Продолжаю смотреть на лицо своего отца. Будто фотография из детства ожила. Плюхаюсь на кровать.

— Этого не может быть…

— Чего не может быть? — Васька лениво поднимает голову и смотрит в зеркало, он видимо проспал самую интересную часть, тут котодракон вскрикивает, — ядрён-батон! Святые сардельки! Это же тот тип с фотки, на которую ты слёзы лила одинокие, осенние вечера. Батяня нашёлся!

— Отец, — шепчу я, — ты настоящий…

Мужчина даже не смотрит на Ваську, а только на меня.

— Как ты тут оказалась? — Спрашивает он все тем же жестким голосом.

Я понимаю, что врать смысла нет. Он меня узнал. В голове мелькают самые разные мысли и я пытаюсь собрать их воедино, как пазл, но не могу.

— Лайла нашла меня в другом мире и заставила поменяться местами. Вы же мой отец? Или я чего-то не понимаю.

— Ты должна была остаться в своем мире.

Он говорит так будто это моя вина.

— Она затянула меня за собой… Я не понимала, что происходит.

Я будто оправдываюсь. Чувствую себя маленькой девочкой, которая попалась на проказе.

— Где Лайла?

— В моем мире. Она говорит, что пока я не закончу академию она не вернет меня назад.

— Понятно.

Говорит мужчина. Не знаю что ему там понятно, вот мне ничего непонятно. Я совершенно не могу сообразить, как такое может быть. Почему он копия человека с фотографии, которую долгие годы хранит моя мать.