Книга Серая мышка и потерянный маг, страница 59 – Анна Корчменная, Алиса Князева

Когда остановились, на улице совсем стемнело. Я перебросил через плечо лямку сумки, подошёл к двери в числе первых и чуть не ослеп, когда на улице защёлкали вспышки фотокамер. От неожиданности я полез обратно в автобус, но врезался в Моргана, который развернул меня за плечи и приветственно поднял руку. Вспышки такие частые, что будь у кого-то эпилепсия, точно легли бы в приступ.

Перед лицом замелькали тонкие жгуты микрофонов. Одни мохнатые, другие привычные, с яркими губками с логотипами каналов. Град вопросов гремел так, что я вообще не понимал, на каком языке разговаривают эти люди. К счастью, рядом Морган. Он всё даже отвечал. Наверно сказывался опыт. Потом раздался резкий крик Зены, и Морган протолкнул меня за спасительные стеклянные двери.

Журналисты с камерами были и здесь, но оказались вежливее и не навязывались. Спрашивали про настрой, понравился ли Дониар, что он думает про соперников. Я честно ответил, ничего не думаю. Обернулся и увидел Экси, девчонки ехали отдельным автобусом. На душе потеплело. Моя девочка пробилась в помощницы тренера, чтобы поддержать меня на соревнованиях. Я даже не поверил, когда она это сказала.

Какая же она потрясная. Спокойная, добрая, искренняя. Мне не просто нравится общаться и быть рядом, я нуждаюсь в этом и ищу любую возможность.

— Ужас, да? Я чуть не ослеп и не оглох. Давай рюкзак, помогу.

— Это ещё что, когда выиграешь, шуму станет больше, – отозвалась Экси. – Да не, она тяжёлая. Клянусь силами, всё это нужно.

— Мы с мамой часто ходили на пикники, – я отнял рюкзак, и мы пошли по коридору, вслед за Морганом. – Её вещи вдвое больше и тяжелее, а мы не оставались с ночёвкой. Мама говорит, что: «Это тяжесть красоты», – глаза у неё красивые. Будто топазы, серо-голубые. – И я думаю, твоя сумка должна быть гораздо тяжелее.

— Так здорово, когда рядом сильный и понимающий мужчина, – взмахнула она ресницами и очаровательно улыбнулась. – Спасибо большое.

Лифт поднял их на четвёртый, самый верхний из жилых этажей. Для команды выделили несколько комнат с двух сторон коридора. Я посмотрел, в какой номер вошёл Морган, а сам провёл Экси к её комнате. Хоть мы и вместе здесь, но времени на общение будет совсем мало. Соревнования, собрания, тренировки, зарядки и это только мои дела.

— Да уж, – я огляделся. – В Дониаре и коридоры впечатляют.

— Старомодно, но со вкусом, – оценила Экси. – О, смотри это из… м-м-м… не очень разбираюсь в художниках-абстракционистах, но вроде кто-то из «коллегии непонятых». Видишь золотистые блики вдоль рамки? Это их авторский знак.

— Ничего себе «не разбираюсь». Я, кроме рамки, вообще ничего не разобрал в этой картине. Не, для абстракционизма я примитивен, да и для живописи в целом. Вот макеты человеческих органов – другое дело.

— У нас в школе была эта ерунда, – Экси посмеялась. – По «коллегии» я экзамен сдавала, так что сейчас мне просто повезло блеснуть эрудицией.

— И ты меня поразила прямо в голову, – я приложил палец к виску, а после выдохнув, сказал. – А ещё раньше поразила в…

На мою спину кто-то прыгнул, и я чуть не оценил лицом мягкость ковра. В самое ухо ворвался девчачий визг:

— Спайки! Наконец-то ты приехал! Силы! Целый день жду, вся извелась! Столько нужно рассказать! Идём скорее!