Книга Попаданка для ледяного дракона, страница 28 – Алиса Князева

Нет, ну гляньте на него! Меня это утешить должно было?!

— Нам не о чем говорить! Убирайся отсюда! Ты хоть знаешь, что он сделал с теми солдатами?! С тобой будет то же самое!

— Со мной не будет. Жрецы на особом положении. Не равняй меня с мусором, наподобие того мяса, — Алишер подходит и медленно ведёт пальцем по моему оголённому плечу. — Но давай к насущному для тебя и для меня, — он плотоядно ухмыляется. — Твоему возвращению домой. Можешь не верить, но я тоже в этом заинтересован.

Мне кажется, или его взгляд скользнул на запястье с меткой?

— Ты же хочешь домой?

Хочу ли я домой из мира, в котором существуют жуткие монстры и ещё более страшные мужчины, их убивающие? О, да. Но множество книг и фильмов научили меня, что за столь желанную награду придётся делать что-то ужасное, отвратительное и мерзкое…

— Что для этого нужно? — отправляю прижатую к груди рубашку и отступаю, чтобы выдержать хотя бы подобие контроля.

Алишер склоняет голову к плечу.

— Я слышал, в ваших сказках очень часто спасением становится поцелуй, как символ всепобеждающей любви. И в твоей ситуации это тоже применимо. Только он будет символом всепоглощающей ненависти к жестокому монстру, который правит на этих землях.

— Хватит говорить загадками! Ты стоишь в моей ванной! Пока что моей, — поправляюсь я. — И у меня мало времени!

Вместо ответа Алишер поднимает руку и показывает мне небольшой тюбик, переливающийся ядовито-зелёным цветом.

— Это помада. Накрасишь губы, поцелуешь Кристера и попадёшь домой.

— Звучит слишком легко, — щурюсь я. — В чём подвох?

— Ни в чём, — Алишер улыбается и снова смотрит на метку. А может, пялится на прикрытую рубашкой грудь. — Для тебя всё очень просто.

— А для… Кристера? Что с ним будет? — снова смотрю на тюбик. Цвет вызывает определённые ассоциации.

— А разве это имеет значение? Кристер — монстр. Сама только что вспоминала, что он сотворил с солдатами собственной армии. И это далеко не первый раз. Давай, Катя. Немного потерпеть и получишь долгожданную свободу.

— Я хочу знать… Если не получится, нужно понимать, что князь мне сделает. Что это за помада?

— Он не поймёт. Будет понемногу затухать. И где-то через месяц, может раньше, дракона Северного предела не станет.

— Но… А что же будет с людьми? — я сглотнула. — Кристер, конечно, не подарок, но если он перестанет делать то, что делает, все погибнут?

Алишер поднял подбородок.

— Они всё равно обречены. Хаос Вечной Зимы поглотит Айсгард — это неизбежно. Он в шаге. Нужно преодолеть только одну преграду и всё.

— Кристер, — я сглатываю и снова смотрю на тюбик.

В каждом человеке есть капля эгоизма, и это совершенно нормально. Эгоизм — часть нашего инстинкта самосохранения, заставляющий нас ставить собственное здоровье и жизнь на первое место. Сейчас эта моя часть кричала и требовала сделать, как Алишер хочет. Соблазнить, поцеловать, сбежать. Мне не придётся ни с кем спать (я надеюсь), тем более с мужчинами, которых я едва знаю. Я вернусь в свой безопасный мир с интернетом и электричеством.

Конечно, мне хочется домой. Покинуть это неприветливое холодное место, вернуться в реальность к таким простым на самом деле проблемам: поиск работы, устройство жизни. Раньше это казалось важным, а теперь… даже не знаю… мелочно?