Книга Рыжее (не)счастье Эльфа, страница 54 – Анна Корчменная, Алиса Князева

Пока доктор осматривал господина, я успела сбегать вниз и приготовить поесть. Шутка ли, столько работать на голом энтузиазме? Никониэль мог упасть, потому что силы закончились!

Когда я вошла, доктор уже собирал свой чемоданчик. В комнате пахло лекарствами и спиртом. Никониэль всё так же лежал, но с моего ухода стал выглядеть немного лучше. Кожа снова выглядела жемчужно-белой и волшебно мерцала, серебристые глаза смотрят устало, но полны жизни.

— Мисс Иви, — Никониэль виновато улыбнулся, приподнимаясь с подушек. — Я испугал вас. Прошу прощения.

— Испугали, — кивнула я, поставив поднос на столик у его кровати. — Всех нас. Как вы?

— Лучше, благодаря вам, конечно же. Я допустил ошибку. Вы были в неведении и запаниковали. Я надеялся, что приступы будут учащаться не так быстро. Давайте, я вам расскажу, что надо делать?

Доктор попрощался и ушёл, а я присела на край кровати, нервно теребя кончик хвоста.

— Обычно хватает двух, я принимаю их сам, — он взял с тумбочки баночку с таблетками жёлтого цвета. — Если что они всегда при мне, либо в аптечках комнаты. Когда не помогает, — он выдвинул ящик и показал мне маску и баллончик, — соедините так и на лицо, чтобы вдохнул. Если и это не работает, — укол внутривенно, как вы делали. Искусственная вентиляция, тут вы действовали совершенно верно. Если в течение десяти-пятнадцати минут состояние не меняется, — Никониэль повёл плечом. — Просто выходите.

Я прижала уши. Вспоминая, что чувствовала в лаборатории, поняла, что никуда бы не ушла и через полчаса, и через день. Разве я могла бы уйти, если бы он умер у меня на руках? Прикрыла глаза, чтобы Никониэль не увидел собирающихся слёз.

— Почему вы… — я прикусила губу, но всё же решилась закончить. — Почему не ищете лекарства от своей болезни?

Никониэль протянул руку и сжал мою ладонь.

— Простые расчёты. Лекарства нет. Так же, как и от бешенства. И как вы сами понимаете, возможность излечить целую расу, избавить вас от рабства и ошейников куда важнее, чем проблемы, подпитываемые эгоизмом и естественным для любого живого существа страхом смерти.

— Рабство было задолго до вас, — возразила я. — Вы могли сперва вылечить себя, а потом заняться нами.

— Нет гарантии, что мне удастся. А над лекарством от бешенства трудились ещё мой отец и брат. Оно уже было наполовину готово, — Никониэль снова улыбнулся. — Мисс Иви, мне очень приятно, что вас тревожит моё здоровье, но право, не стоит. Главное, чтоб у вас было всё хорошо. Да и не только у вас.

Я покосилась на него, но спорить не стала. Сколько улыбок за сегодня. Он поразительно доволен для того, кто чуть не умер. Или пытается меня успокоить? Не сработает, высший эльф. Я свыклась и не теряю голову, так что усыпить мою бдительность не выйдет! Хотя красив, возражать не буду. Это магия какая-то, видишь улыбку, и сама улыбаешься невольно.

— Ваш отец и брат тоже болели?

— Только брат, — Никониэль вздохнул. — Когда мы поехали на отдых в детстве. Папа остался здесь работать, ну а нас… как он предполагал позже — чем-то отравили. Если представить организм как механизм, то был повреждён отдел, связанный с дыханием. Заменить или отрезать его, как вы понимаете, нельзя, — он положил свободную ладонь на грудь. — Моё тело отвергает само себя. Таблетки и остальное гасят симптомы, но купировать полностью невозможно. Моя мама умерла сразу. Ирвина и меня успели спасти. Мы были детьми, поэтому эффект оказался не таким смертоносным, но увы, необратимыми. — он качнул головой. — Помню, Хакан в детстве грозился отыскать тех отравителей и накормить их тем же самым, но несколько противоестественным способом. Простите за такие подробности.