Книга Ревелль, страница 77 – Лисса Мия Смит

Я уже не услышал едкого ответа Лакс. Забыв про дождь, я отшвырнул зонтик.

— Ты смеешь ей угрожать?

Джордж шагнул ко мне. Его лицо было совсем близко.

— Хочешь, расскажу, что будет дальше? Я назову ее шлюхой, ты врежешь мне кулаком, что совершенно бессмысленно, так как я Хронос. Тебе меня не победить.

Не победить. Всю свою жизнь я не мог поднять руку на наших воспитателей, не мог дать отпор, когда они лупили меня палками, не мог сделать ничего, когда они издевались над малышами.

Власть имущие. Все они отпетые негодяи.

Не успел я сжать кулак, как Джордж заехал мне по щеке, прямо в синяк.

— Я тебя предупреждал, мелюзга. Мы всегда побеждаем.

И ушел. Его смех потонул в волне боли, захлестнувшей меня.

— Черт бы его побрал. – Я коснулся пальцами щеки. – Врезал-таки.

— Мне казалось, ты умнее. – Лакс ухватила меня за руку, не давая броситься вдогонку. – Ты что, всерьез рассчитывал одолеть путешественника во времени?

Он исчез за углом. Я смотрел ему вслед.

— Когда-нибудь, в какой-нибудь неоконченной линии времени, я до него доберусь.

— Ну, в этой линии не добрался. Потому что он грязный мошенник! – заорала она на всю пустую улицу. – И через две недели проиграет!

Я пошевелил челюстью. Вроде цела. Если бы он не заехал в то же самое место, куда на прошлой неделе ударил Фрэнк Хронос, было бы не так больно.

— Зачем ты это сделал? – Ее мягкие пальцы погладили мое пылающее лицо. Под кожей уже набухал синяк. – Шлюха – это даже не оскорбление. Это профессия, древняя как мир.

— Знаю. Просто мне не понравилось, как он это сказал. – Я прокашлялся, отводя взгляд. Она ласково коснулась моей щеки. – Пойдем дальше.

Лакс неуверенно огляделась.

— Он меня лишь слегка задел. Правда. И я слишком долго ждал, не хочу сейчас отступать.

Кивнув, она побрела по переулку, ведя пальцами по кирпичной стене.

— Дядя разозлится, что я ушла без Тревора.

Она бросила взгляд через плечо – никого из Хроносов не было видно – и свернула в жилой квартал. По обе стороны широкой улицы тянулись одинаковые дома, а кое-где палисадники были огорожены сетчатыми заборами.

Я невольно замедлил шаг. Эта улица была мне знакома.

— Да как его вообще занесло на Ночную сторону? – со вздохом покачала головой Лакс. – Теперь Дьюи будет охранять меня еще строже. Не хватало только, чтобы за мной по пятам ходила целая армия.

Остаток ее слов потонул в вихре нахлынувших воспоминаний. Аккуратные особнячки из коричневого камня, перед каждым небольшая веранда. И все они до боли знакомые.

Лакс остановилась:

— Что с тобой?

У нее за спиной виднелся ничем не примечательный дом: несколько метров зеленой лужайки, над крыльцом крошечная веранда с двумя чугунными креслами, за сетчатым забором обшарпанная игровая площадка. Заднего двора с улицы не было видно, но на самой толстой ветке огромного дуба висели качели, сделанные из старой шины.

— Я тут уже был, – еле выдавил я.

— То есть с Роджером?

— Нет. Давным-давно. – С колотящимся сердцем я указал на ярко-синюю горку, полинявшую на солнце. – С ее верхушки виден океан.

Ее глаза широко распахнулись.

— До пляжа всего один квартал.

Вся кровь прилила к голове. Я пошатнулся и, чтобы не упасть, присел на бордюр.

Лакс подошла ко мне:

— Ты точно уверен, что этот дом тебе знаком?

На меня нахлынули размытые образы. Незнакомые взрослые тревожно переглядываются. Мамин голос. Ее глаза, голубые, как у меня, широко распахнуты от страха. «Побудь здесь, мой мальчик. Мы тебя найдем, когда опасность минует».