Книга Ревелль, страница 31 – Лисса Мия Смит

Ей, кажется, стало легче. Она отказалась сесть, когда ей самой было плохо, но ради кого-то другого охотно согласилась. Я постарался запомнить эту черту ее характера.

На беду, в комнате не было стульев. Только кровать.

Лакс похлопала по одеялу возле себя, но я остался стоять на безопасном расстоянии.

— Если, гм, вам нужны деньги…

Она махнула рукой:

— Мы с вами стали такими хорошими друзьями, правда? Давайте же не портить этот вечер разговорами о деньгах.

Ее слова пролились бальзамом на мою обеспокоенную душу.

— Полностью согласен.

— Ну а теперь, поскольку мы с вами установили, что находимся в Доме веселья и что я принадлежу к семье Ревелль, может быть, вы расскажете мне, какой была бы ваша фантазия, если бы вы отдали тот свой драгоценный камень. – Она снова надела маску обольстительницы, каждое слово было насыщено кокетством.

Меня бросило в жар.

— Простите?

Она опять похлопала по кровати.

— Расскажите, что вы больше всего на свете хотели бы испытать, и, возможно, я помогу вам ощутить это.

У меня помутилось в голове. Разум не мог выдать ни единой связной мысли.

Она внимательно смотрела на меня. Ждала.

— Я, гм, не знаю.

Из-под густых ресниц ее глаза сверкали.

— Не для всех фантазий требуется магия.

У меня пересохло во рту.

Секунды утекали прочь, пока она держала меня в жарком плену своих глаз.

— Наверняка чего-нибудь да хотите.

— Пытаюсь придумать.

Она медленно разгладила одеяло. Ждала.

Ждала.

— Ну как, придумали? – Ее нежный голос зазвенел от нетерпения. – Эта ночь могла бы стать совершенно невероятной. Что для этого нужно?

— Вы не поверите, но встреча с вами уже стала самым невероятным событием.

Вот. Сказал наконец.

От удивления ее губы округлились. У меня сжалось сердце.

— Но мы весь вечер только и делаем, что сидим и разговариваем.

— Этого более чем достаточно, – искренне ответил я. – Поговорить с вами, узнать о вас как можно больше. Вот и все, чего я хочу.

Молчание затянулось на миг. И еще на один.

Если мне не померещилось, нетерпеливая суровость в ее взгляде чуть-чуть смягчилась.

— Загадочный вы человек.

— Настоящая загадка – это вы. Вы… Напоминаете мне калейдоскоп.

Тот Эффиженов коктейль напрочь лишил меня чувства самосохранения. Любая дурацкая мысль, залетевшая в голову, тотчас же оказывалась на языке.

— Как это?

Я так и не придумал, как половчее выкрутиться, поэтому ответил честно:

— Вы выставляете напоказ свои многочисленные образы, яркие и красивые, подстраивая их под те фантазии, которые, как вам кажется, приходят мне на ум. Стоит мне сменить линию поведения, и ваш образ тоже меняется, отвлекая меня… Отвлекая от той девушки, которая скрыта в глубине.

Она вскинула голову:

— Девушка, скрытая в глубине?

— Она еще красивее. – Я дождался, пока Лакс посмотрит на меня. Пусть увидит, что я совершенно серьезен. – Она скрывает свою боль. И… ей грустно. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы развеять ее грусть.

Она уставилась на меня раскрыв рот, и наступившую тишину нарушал только громкий стук крови у меня в ушах.

И кто меня за язык тянул? Теперь она того и гляди сорвется и убежит.

— Вы и вправду хотите понять, что меня печалит? – Ее плечи ссутулились под тяжестью вселенской скорби. Сейчас бы никто не узнал в ней звезду шоу Ревеллей.

— Расскажите. – Я придвинулся к ней. – Пожалуйста.