Книга Позолоченная месть, страница 102 – Лисса Мия Смит

Он, казалось, хотел сказать что-то еще, но так и не сказал, и остаток недолгой дороги они провели в молчании. Только в усадьбе, поднявшись по огромной лестнице и уже приблизившись к двери Эмми, он наконец подал голос:

— Дай мне с ней поговорить, ладно?

Он пытался защитить Мэри, принимая осторожность Эмми за жестокость. Но Эмми лишь кивнула и, затаив дыхание, открыла дверь в спальню.

Внутри их встретила бурная вечеринка.

Мэри хлопала в ладоши и пела, а Джимми отплясывал на кровати. Эмми узнала мелодию: летом ее часто играли шарманщики, наполняя улицы жизнерадостной музыкой.

— Ты что, пьян? – Калеб был потрясен не меньше Эмми.

Мэри ахнула и резко выпрямилась.

Джимми перестал плясать, но по-прежнему ухмылялся и выглядел как гордый придурок.

— Вас не было шесть часов. Надо же нам как-то развлекаться.

— Я не пью, – поспешно заявила Мэри. – Ах! Зато мы выяснили, что делает браслет! – Не успела Эмми и слова сказать, как Мэри взяла браслет с трюмо и кинула ей.

Эмми в последний момент увернулась от проклятого украшения.

— Он заставляет тебя говорить правду, – объяснил Джимми. – Ты не можешь лгать, пока держишь его в руках.

Эмми уставилась на обманчиво прелестный браслет, упавший на пол. Он заставил ее не просто говорить правду, но и сделать кое-что похуже.

Ее губы. Шея Джека. По ее лицу вновь разлился предательский румянец.

Калеб подобрал браслет с ковра и повертел:

— Давайте я попробую.

— Назови себя Пакстоном Фэрчайлдом, – предложил Джимми.

— Меня зовут Калеб Олтон. Ох! – Он раскрыл рот от изумления.

— Мы думаем, он снижает твой самоконтроль, – сказала Мэри. – Заставляет правду выйти наружу.

Снижает самоконтроль… Это звучало логично. У пьяных, например, тоже снижался самоконтроль. И они бросались на окружающих, позабыв обо всем.

Джимми кивнул Калебу:

— Попробуй еще о чем-нибудь соврать.

— Мне двадцать один. Мое любимое блюдо – шоколадный торт с кремом. – Он уставился на браслет. – Боже мой, я не могу лгать.

— Ты меня правда ненавидишь?

— Вовсе нет. Я думаю, ты очень добрый, очень обая… – Калеб уронил браслет и попятился, залившись краской.

Надо же, как интересно. Джимми уставился на Калеба так, будто тоже не мог поверить своим ушам.

Эмми подобрала браслет – аккуратно, через носовой платок.

— Чары утратят силу, если им все время пользоваться.

А он им еще пригодится. Грейс хранила множество секретов, но сама же дала им способ ее разоблачить.

Эмми медленно улыбнулась. Беспечность Грейс могла сыграть им на руку.

— Я хочу кое-что сказать. – Мэри шагнула вперед, взяла у Эмми браслет и застегнула на запястье. – Вы меня, наверное, не помните, но мы были дебютантками на одном балу. Мы не говорили – вы весь вечер держались поближе к мисс Монтгомери, – но ваш отец успел познакомиться с моим. Он так вами гордился. Прямо-таки сиял от радости.

Джимми встревоженно посмотрел на Эмми, но она сохраняла невозмутимое выражение лица.

— Вы сотворили золото, – тихо, благоговейно сказала Мэри. – Сначала я позавидовала, но вы улыбались только своему отцу и никому более. Так трогательно…

— Хватит. – Суровый голос Эмми надломился.

— Мне надо хоть раз это сказать. – Мэри прикусила нижнюю губу. – Когда его застрелили…

Эмми повернулась к двери, но ее остановил не кто иной, как Джимми.