Книга Попаданка для снежного эльфа, страница 101 – Хельга Эстай

— Что и требовалось доказать, — самодовольно просияла соседка, а Тимошка и вовсе, хихикая, исчез в ворохе белоснежных снежинок.

Р-р-р-р-р…. Что б тебе пусто было, индюк белобрысый.

Я уже научилась активировать портал и знала комбинацию для административного корпуса, а потому перенеслась туда самостоятельно. Голова действительно больше не кружилась при перемещении, да и вообще никакого ощущения дезориентации в пространстве не наблюдалось, но своё первое перемещение я всё равно забыть не могу и каждый раз невольно морщусь в ожидании неприятных ощущений.

Когда вспышка погасла, я увидела стоящего у портала Мишеля, он ожидал меня, чтобы сопроводить в кабинет ректора. Когда мы проходили через холл с часами, я спросила, зачем они здесь, ведь явно не для красоты. За последнее время я вообще поняла одну простую вещь: в магическом мире ничего не бывает просто так, и даже самая обычная на вид статуэтка по факту может оказаться сильным артефактом, отгоняющим воров.

— Это временник, — сказал Мишель, остановившись перед циферблатами, а я машинально потянулась рукой к выданному деканом кулончику в виде песочных часов. — Да, они связаны. — Секретарь проследил взглядом за моим движением. — Это сердце, центральный механизм, именно они замедляют ход твоего биологического времени.

— Ого… — только и смогла протянуть я.

— Эти часы очень старые, но создали их всё же уже после магической катастрофы, когда в академии проходила масштабная перестройка, — продолжил рассказывать остроухий уже по пути к кабинету ректора.

— Перестройка? Ты имеешь в виду так называемые старые времена? О них часто упоминают магистр Кокс и магистр Боа, — припомнила я их выражения о том, что академия уже не та и что в старые времена адептов наказывали иначе, а сейчас все совсем распустились. Наверное, во всех мирах молодёжь считают хуже старшего поколения, более распущенной, более легкомысленной.

— Да, они самые, — улыбнулся Мишель. — Что самое интересное, эти двое старикашек сами учились уже во время новых правил, но при этом воспевают старые.

Точно, именно так и сказала тогда мой декан Юнси.

— А какой раньше была академия? — спросила я у Мишеля, но ответ получила совсем от другого эльфа.

— Такой, какая тебе точно не понравилась бы. — Ректор стоял, скрестив руки на груди, на пороге своего кабинета и подпирал плечом дверной косяк, а я так увлеклась беседой, что не заметила его.

— Ой! — Моё сердце успело упасть в пятки, ухнуть там и вернуться обратно. — Ректор Дибьен, разве можно так пугать?

— Я вроде бы не выскакивал из-за угла с диким рёвом, — недовольно пробурчал белобрысый индюк. — Быть может, просто кому-то не стоило столь увлекаться милой беседой, от ванильности которой некоторых может стошнить?

Это что сейчас было? Ревность? Да нет, не может быть.

И всё же очень на неё похоже, интонация, с которой были произнесены слова, практически не оставляла сомнений.

— Адептка Козина доставлена, как было приказано, — отчитался Мишель так, словно я была чемоданом, и он любезно принёс его к ректорской двери.

— На сегодня ты свободен. — Голос ректора, когда он обращался к Мишелю, мог заморозить на месте.

Между этими двумя что-то произошло, что-то крайне серьёзное. Неужели тем тёплым отношениям, которые я застала в начале, положен безвозвратный конец?