Книга Истинная с доставкой на дом. Цветочница для дракона, страница 78 – Камелия Найт

— Чёртовы жалюзи. Стас всё обещал их починить.

София дёрнула шнур ещё раз. Жалюзи перекосились окончательно.

— Даня может посмотреть, — предложила я. — А я прослежу, чтобы он не объявил себя мастером на все руки.

— Он именно так себя и объявляет.

Она отпустила шнур и поймала мой взгляд на коробках.

— Не знаю, что с этим делать. Половину мебели мы выбирали вместе. Вон то кресло мне до сих пор нравится. А потом вспоминаю, как Стас сидел в нём и заказывал очередной букет.

— Можешь пока оставить.

— Оставила. Кресло хотя бы ни в чём не виновато.

На кухне София открыла окно. Чайник вскипел, пока мы молчали. Она налила две чашки, села и вдруг сказала:

— Я каждый день хочу ему позвонить.

— Прямо каждый?

— Утром обычно сильнее. Иногда вижу во дворе дурацкую собаку и уже достаю телефон — Стас бы оценил. Вчера проснулась и не сразу вспомнила, что свадьбы не будет.

Чай она так и не отпила. Держала чашку в ладонях, глядя, как по тёмной поверхности расходятся круги.

— Арина, а вдруг вербена всё ещё действует?

— По словам Таисии, основное воздействие давно должно было закончиться.

— Значит, я сама продолжаю любить человека, который делал это со мной.

— Возможно.

София отодвинула чашку. На столе остался влажный круг, и она начала стирать его большим пальцем, снова и снова, пока кожа не покраснела.

— Я думала, когда действие закончится, наступит ясность. Проснусь и увижу чужого мужчину. А я вижу Стаса. Того самого. Он смешно щурился без очков, ненавидел оливки, помнил, какой чай я люблю. И он же посылал состав, после которого я не могла нормально спать.

— Одно не отменяет другое.

— Было бы легче, если бы отменяло.

— Конечно.

Я не стала рассказывать, сколько месяцев после ухода Кирилла вспоминала не чемодан у двери, а его сонное лицо по воскресеньям. Хорошее прошлое не становилось поддельным только потому, что человек потом причинил боль. Софии сейчас не требовался мой пример. Ей требовалось разрешение не вырывать из себя чувство вместе с мясом.

София вскинула глаза. Я не стала смягчать ответ.

— Вы были вместе до букетов. Он вам нравился, вы к нему возвращались. Вербена не обязана забрать всё вместе с собой.

— От этого противно.

— Почему?

— Потому что я должна его ненавидеть.

— Я дала показания. Рассказала, как он заказывал усиление после моих отказов. Видела переписку. Я знаю, что он сделал. А потом лежу ночью и скучаю по нему. Получается, со мной опять что-то не так.

— С вами всё так. Чувство не обязано немедленно подчиняться решению.

— Звучит ужасно несправедливо.

— Так и есть.

Она тихо рассмеялась, хотя глаза блестели.

— Даня сказал почти то же самое, только потом добавил, что готов сломать Стасу челюсть. Я попросила его больше не улучшать разговоры предложениями уголовного характера.

— Получилось?

— Со второго раза.

Мы всё-таки попробовали пирожные. София съела половину, отложила вилку и снова стала серьёзной.

— Стас прислал письмо через адвоката. Извиняется. Пишет, что тоже стал жертвой агентства.

— Вы ответили?

— Нет. И не буду. Он правда мог не знать всех последствий. Но знал, что я отказалась. Знал, что после букетов мне плохо. Ему понадобилось изменить моё «нет», чтобы я подходила для его счастья.

Она произнесла это уже без дрожи.

— Я могу скучать. Могу помнить хорошее. Только человека, которому мешают мои границы, рядом со мной больше не будет.