Онлайн книга «Попаданка под развод с чудовищем»
|
Варбрель медленным движением вкладывает свой меч в ножны и произносит тяжелым голосом: — Вы пожалеете, что не приняли мою клятву, Аделаида Счастхар. – поворачивается и идет к двери. — Постойте, Варбрель! – зову я. – Как я здесь очутилась? Для чего?! И почему вы называете меня… как там… Счастхар?! Ответом мне служит звук закрывшейся двери и удаляющиеся гулкие шаги. Ну вот, поговорили, называется. Может, зря я не потрогала его меч? Перевожу взгляд на свою ладонь, пульсация в которой начала утихать одновременно с хлопком закрывшейся двери. Внимательно ее рассматриваю и не вижу ничего необычного. Никаких ран или следов от укусов насекомых. Никаких порезов, могущих вызвать болезненные ощущения. Странное дело. Кручу бабушкино колечко на безымянном пальце и решаю снять его – в этом пальце боль была самой сильной. Может, от кольца у меня появилась аллергия? Все-таки это дешевый сплав с непонятно какими добавками, кто знает, какую реакцию он может вызвать. Тяну серебристый ободок с пальца, но он и не думает сдвинуться. Снова тяну, и опять безрезультатно! Колечко свободно крутится на пальце, но сниматься отказывается наотрез – стоит потянуть его, чтобы снять, и кольцо намертво приклеивается к коже. Уже и ногтями пытаюсь подцепить, и зубами тяну – результата ноль! Кольцо как будто сопротивляется моим усилиям. Мистика какая-то… Устало опускаю руки и прикрываю глаза – надо успокоиться. Сейчас я передохну и придумаю, как мне его снять. Раздавшийся справа от кровати шорох заставляет меня распахнуть глаза. Настороженно оглядываю комнату: кроме меня, никого нет. Однако шорох повторяется, и теперь я засекаю источник звука – консольный столик на гнутых ножках, стоящий у стены. Пока я смотрю на него, кусок боковой поверхности подстолья дергается и начинает сам по себе медленно выдвигаться вперед. На пять сантиметров, на десять, и тут… Из образовавшейся темной щели на меня смотрят два глаза. Больших, красивых, фиолетового цвета. Обрамляющие их длинные ресницы хлопнают раз, другой, и тонкий голосок шепчет: — Мадам одна? Господин Варбрель ушел? Ошарашенная, я с трудом киваю – что-то сказать у меня просто не получается. После моего кивка фиолетовые глаза начинают радостно сиять, панель еще чуть-чуть выдвигается вперед, и из щели лезет… Сначала, вытянувшись и сплющившись, вылезает черненькая курчавая голова. Затем тонкая рука с двумя локотками. Следом вторая ручка. Потом туловище в серенькой тунике… Пока я хлопаю глазами, из ящика на пол вытекает вся целиком моя тинка. Встает на тоненькие ножки в тряпичных тапочках и как ни в чем не бывало пищит: — Тинка, которая готовит мадам обед, спрашивает, можно ли подавать мадам обед? Я открываю рот и… начинаю ругаться. Матом! Вообще, я не матерюсь. Вот совсем – не приучена, да и не умею. Думала, что не умею. Но сейчас эти некрасивые слова сами льются из меня. Много и разные. На букву «б« и на букву «п». А уж на ту самую «х» я выдаю не меньше пяти штук, в таком шоке от увиденного нахожусь… Все это время тинка внимательно меня слушает, и с каждым моим словом в глазах у нее все сильнее разгорается восторг. Когда я замолкаю, девочка складывает ручки на груди и с придыханием спрашивает: — Это магические заклинания из мира мадам, да? Такие красивые слова! Мадам расскажет, что это за колдовство? Защитное, сотворяющее, смертоносное, оживляющее? А может, портальная магия? Или магия призыва? |