Книга Пышка в Академии боевых драконов, страница 59 – Дарина Ромм

— Я всё это видел, – ректор потер переносицу. – И сютрик у неё имеется, которого, по идее, не должно быть. Мне все это совершенно не нравится.

— Какие мысли по этому поводу? Кто она такая, эта Катарина? – Алоиди подошёл к столу и опёрся руками о столешницу, нависая над ректором.

— Не знаю, – де Аррива откинулся в кресле, многозначительно глядя на друга. – Просто констатирую факт, что мы имеем слишком много подозрительных странностей у дочери Инквизитора.

— И что предлагаешь? – Алоиди выпрямился. – Арестовать её? Покажи мне закон, по которому девчонку можно посадить в камеру за то, что зверь её не сожрал. Нет такого закона, Грант.

— Я не говорю про камеру, – ректор поморщился. – Я говорю, что это странно. Возможно, она шпионка.

— Она похожа на Орисия Верфёльда.

— Похожа. И это настоящая внешность, артефактов смены личины на ней нет – я проверил, когда задержал ее после собрания старост. Вот поэтому говорю, что всё странно – не может дочь Инквизитора подойти к мантикоре и остаться после этого живой.

— Почему ты так в этом уверен? Его вторая дочь, кстати, тоже хотела поступать на боевой факультет, – усмехнулся Алоиди.

— И чего же не поступила?

— Приём на факультет уже закончился, когда она подала документы.

— Какая незадача… – съязвил де Аррива. – И поэтому вместо боевого она пошла на факультет невест… Логично, что уж.

Встал, подошёл к шкафу возле окна. Достал оттуда бутылку, пару стаканов и вернулся к столу. Предложил:

— Давай лучше выпьем.

— Думаешь, есть повод?

— Есть, – ректор плеснул золотистой жидкости в стакан и протянул декану. – Верфёльд жива, мантикора в клетке, бастиарий не разрушен и никто не сожран. Уже неплохо. К тому же, друг мой, вид у тебя такой, будто сейчас стены ломать начнёшь.

Алоиди взял стакан и опустился с ним в кресло. Буркнул:

— У тебя видок не лучше. Ладно, что в итоге решаем с Верфёльд?

— Пусть учится и пробует оседлать мантикора, а мы посмотрим, что из этого выйдет.

— А если она всё-таки подослана?

— Тогда мы должны узнать, кем и зачем. Если она просто… – ректор замялся, подбирая слова, – …если она действительно та, кем себя называет, тогда тем более наблюдаем. Дочь Инквизитора, которая умеет ладить с монстрами и держит при себе животное, которого не должно быть в королевстве… Такое нельзя оставлять без внимания.

— Значит, наблюдаем. Но это должен сделать кто-то, кому я доверяю, – Алоиди хмыкнул и поднялся. – Поговорю с Себастьяном, пусть держится поближе к девчонке.

— Нет, он слишком на виду, – остановил его де Аррива. – У меня есть кому за ней присмотреть.

Алоиди кивнул и пошёл к двери. На пороге остановился и повернулся к ректору, задумчиво вертящему в пальцах стакан.

— Знаешь, Грант, а ведь Эдвард тоже был таким. Никого не слушался, лез, куда не просят, и всегда выходил сухим из воды. Пока не ушёл в свой последний поход. И он был рыжим…

— Рыжих у нас в королевстве немало. Ты, например…

— Мы с Эдом двоюродные братья, если ты забыл.

— Я помню, – ответил ректор. – На что ты намекаешь?

— Ни на что. Но девчонка правильно сказала: мир не терпит пустоты. Может, раз ушёл один – появится другой? Другая? Необязательно такой же, но похожий по духу.

Сказав это, декан вышел. Де Аррива дождался щелчка закрывшегося замка и задумчиво повторил: