Книга Пышка в Академии боевых драконов, страница 53 – Дарина Ромм

— Сегодня мы поговорим о природе магии и её истоках, – продолжал «Черномор», и каждое его слово отдавалось вибрацией в грудной клетке. – Одни из вас думают, что магия – это дар богов. Другие полагают, что это свойство крови или расы. Я же скажу вам так: магия – это умение договариваться с миром. С каждой травинкой, с каждым камнем, с каждой крупицей песка.

Он щёлкнул пальцами, и над его ладонью закружился маленький огненный шарик.

— Если мир согласен с вами – он помогает. Если нет – вы либо перегораете, либо… – шарик погас, – либо остаётесь ни с чем. Поэтому, прежде чем учиться запускать файерболы, научитесь понимать, что мир – это не враг и не раб. Мир – это партнёр.

Я слушала, затаив дыхание. Честно говоря, я думала, что лекции по истории магии будут сухими и скучными, как школьные учебники по обществознанию.

А тут… какой-то карикатурный дед с голосом профессионального диктора говорил такие вещи, которые хотелось слушать, записывать и запоминать. Причём он не просто вещал, а иллюстрировал свои слова на вспыхнувшем за его спиной экране, заставляя нас смотреть и удивляться.

Он рассказал, как древние маги впервые догадались черпать силу из земли. Как драконы научили людей обращаться с огнём. Как появились первые боевые заклинания – не из желания убивать, а из желания защищать своё племя от чудовищ.

«Вот в чём состоит настоящая магия, – подумала я. – Не в файерболах, а в умении договариваться с миром. Жаль только, что у меня нет такого дара. Но слушать про это – одно удовольствие».

Я погрузилась в лекцию, как вдруг Дейл придвинулся ко мне и зашептал прямо в ухо:

— Слушай, Катарина… Ты же Верфёльд. А я сегодня познакомился с Диарой Верфёльд. Это твоя родственница?

Я едва не подпрыгнула от неожиданности. Вот же не вовремя!

— Ну… – я замялась, лихорадочно вспоминая, что говорила настоящая Катарина про своих сестёр. А ничего не говорила, только про папашу-герцога и мачеху упоминала. И имён не называла, так что моя «сестрица» Диара или Тиара какая-нибудь – понятия не имею.

Поэтому я ответила, как могла осторожно.

— Вроде как… сестра. Сводная, от мачехи.

— Правда? – Дейл аж засветился. – Какая удача! Слушай, ты не могла бы мне помочь? Расскажи, что она любит? Чем увлекается? Как к ней подступиться, чтобы понравиться…

— Дейл, – я зашипела, пытаясь одновременно слушать лекцию и отвечать более-менее складно. – Я её почти не знаю. Мы… ну, выросли отдельно. Я в монастыре, она дома. Так что я вряд ли…

— Но ты же Верфёльд. Она тоже Верфёльд. Не может быть, чтобы вы совсем не общались!

Я открыла рот, чтобы выдать очередную отмазку, но тут на наш стол прилетело нечто. Маленький чёрный шарик размером с крупную горошину упал на парту перед нами и начал верещать противным, скрипучим голосом:

— Йолич, Верфёльд, боевой факультет, первый курс. Прекратить разговоры! Прекратить разговоры!

Я от неожиданности дар речи потеряла, Дейл тоже замер, таращась на горошину. Шарик поверещал ещё секунд пять, потом затих и покатился к краю стола, откуда его подхватил магический поток и унёс куда-то к преподавателю.

Я повернулась к побледневшему Дейлу.

— Это что было?

Он не ответил, вместо этого быстро нацарапал на листке в своей теради: «Это «предупреждальщик». Если ещё два таких получим – одно штрафное очко. Десять штрафов за семестр – отчисление».