Книга Пышка в Академии боевых драконов, страница 48 – Дарина Ромм

— И эти не хотят, — вздохнула я. — Может, у вас тут есть кто-нибудь не такой привередливый?

— Все перед тобой, — холодно ответил Себастьян. — Видимо, у них есть причины не доверять тебе.

— Ладно, — сказала я, разворачиваясь. — Пойду к ректору. Скажу, что ни один зверь мне не подошёл и моей вины в этом нет!

— Делай что хочешь, — пожал плечами Себастьян. — Только не надейся, что де Аррива сделает для тебя исключение и разрешит остаться без летуна.

Мы вышли из на улицу и я глубоко вдохнула теплый воздух: после вони бастиария он показался божественным нектаром.

— Слушай, де Вейр, а те виверны и грифоны, которые нашли себе хозяев, где живут? Не в бастиарии же?

— Нет, тут только новенькие, пенсионеры и бесхозные. Те, у кого есть наездники, живут в загонах возле летного полигона. Вон там, смотри...

Я повернулась, куда он показывал, и присвистнула – так вот ты какой, местный аэродром!

Вдалеке виднелись длинные прямоугольные постройки, а рядом с ними гигантское, просто бескрайнее поле, расчерченное на квадраты. По ним в каком-то определенном порядке перемещались человеческие фигурки, на таком расстоянии казавшиеся игрушечными. В небе над полем кружили грифоны, виверны и…

— Драконы! – выдохнула я с восторгом, задрав голову и забыв, как дышать.

— Конечно, драконы, Верфёльд. Забыла, в какую академию ты поступила? – холодный голос де Вейра едва ли достиг моего сознания, в таком восторге я была в эту минуту.

Ну надо же, настоящие драконы! Чёрные, зелёные, серые и парочка красных! Они кружили в небе, даже издалека поражая своей мощью и нереальной для таких огромных существ грацией.

— Ты не понимаешь, де Вейр, это же драконы! – повторила я зачарованно. Вот это красавцы! Не то что дурацкие бройлеры-переростки и тиранозавры с крыльями!

— Конечно, не понимаю, где мне, – почему-то недовольно бросил Себастьян. – Надеюсь, дальше сама справишься, Верфёльд? У меня занятие на полигоне, – и ушел даже не попрощавшись.

Я проводила его недоуменным взглядом – на что он разозлился?

— Ка-атя, он драко-он, – пропел Мусака, щурясь от яркого солнца.

— Знаю, – кивнула я. – И что?

— Да так… Подумал, вдруг ты забыла…

Я пожала плечами, и неспешно побрела к административному корпусу. По дороге мысленно готовила речь для ректора: «Так и так, господин де Аррива, никто меня не хочет, грифоны и виверны проигнорировали, даже подростка облезлого мне не дали, пожалейте сироту, отпустите на все четыре стороны…»

В приемной ректора в кресле для посетителей сидел здоровенный мужик. Высокий, с широченными плечами и рыжей лохматой шевелюрой. Одет он был в какой-то странный костюм — кожаный, с медными заклёпками, будто собрался на байкерскую сходку, а не по кабинетам ректоров рассиживаться.

В огромной, похожей на лопату, руке он держал кружку, из которой что-то прихлебывал. Рядом с ним стояла секретарша: протягивала мужчине вазочку с печеньем и улыбалась, будто любимому племяннику.

Когда я зашла, мужчина принялся с интересом меня расматривать, а секретарша недовольно поинтересовалась:

— Чего тебе, Верфёльд? Если к господину ректору, то он уехал по срочным делам. Или ты, наконец, выбрала себе зверя для полетов? Ну, говори кого? Грифона или виверну? Мне приказ составлять надо.

Я замялась. Признание «никого не выбрала» выглядело как-то жалко.