Онлайн книга «Укрощение строптивого ректора»
|
На секунду в глазах Джулиана мелькнул животный страх, но он тут же взял себя в руки и истерично рассмеялся, взмахнув свитком с судейской печатью: — Вы больше здесь никто, Дарк! Вы отстранены моим чрезвычайным мандатом! Воины Короны, перед вами мятежник и беглая преступница, которые сговорились с тёмными силами! Взять их обоих живыми или мёртвыми! Кадеты — оставаться в казармах, иначе пойдёте под трибунал как пособники! Двадцать карателей трибунала синхронно вскинули боевые жезлы, нацеливая их на грудь Магнуса. — Как бы не так, павлин столичный! — вдруг рявкнул с бокового балкона зычный голос кадет-сержанта Дориана Хоука. — За ректора и боевой борщ — в ружьё, пацаны! В ту же секунду со всех боковых галерей, из коридоров второго этажа и из дверей трапезной в парадный холл хлынули все четыре курса академии! Двести отборных, широкоплечих парней встали живой, несокрушимой стеной вокруг нас с ректором! Но самое прекрасное было то, ЧЕМ именно вооружилась элита имперской армии по моему экстренному приказу мобилизации «Кафедры бытового вредительства»! В руках у первой шеренги четвёртого курса зловеще поблёскивали смазанные салом чугунные сковородки всех калибров, медные тазы и пудовые крышки от казённых котлов, исписанные мелом моими рунами «Рикошет в лоб»! Вторая шеренга держала наперевес длинные кухонные ухваты, скалки и заговорённые берёзовые веники, смоченные в крутом мыльном щёлоке. А первокурсники на верхних балконах с горящими от восторга глазами сжимали в руках корзины с квашеной капустой, мешочки с чихательным красным перцем и банки с взболтанной содой и уксусом! — Вы что… издеваетесь?! — старший офицер столичных карателей ошарашенно переводил взгляд с грозного генерала Дарка на кадетов с дуршлагами на головах вместо шлемов и сковородками в руках. — Это боевая академия или бунт в сумасшедшем доме?! — Это прикладная бытовая защита в действии, господа! — гордо объявила я, поднимая сковородку, как маршальский жезл. — Бегемот, давай кавалерию по флангам! — В атаку, орлы! За сметану и отечество! — раздался из коридора восточного крыла громогласный боевой вопль моего кота. Двустворчатые двери распахнулись, и на мраморный пол холла на бешеной скорости вылетела тяжёлая кавалерия старого крыла! Дюжина массивных чугунных полотёров на щётках неслась клином прямо на строй карателей трибунала! На головном полотёре, как адмирал на флагмане, стоял Бегемот в медном дуршлаге набекрень и с поварёшкой наперевес, а сзади призрак Игнатий лихо размахивал двумя оцинкованными вёдрами с мыльной пеной! — Огонь по мятежникам! — взвизгнул перепуганный Джулиан. Каратели дали залп парализующими и огненными плетениями. Первая шеренга четвёртого курса под руководством Хоука сработала как швейцарские часы! Тридцать чугунных сковородок и медных тазов с мелодичным звоном встретили вражеский залп и с утроенной скоростью отбили парализующие молнии обратно в ряды атакующих! Половину карателей тут же скрутило собственными заклинаниями, а в оставшихся на полном ходу врезалась эскадра бешеных полотёров Бегемота! Что тут началось! Мыльная пена летела до самого потолка! Щётки полотёров закручивали лакированные ботфорты столичных законников в шпагат, роняя их на скользкий мрамор. Сверху первокурсники открыли прицельное бомбометание квашеной капустой и перцовыми кулёчками, отчего грозный отряд трибунала принялся оглушительно чихать, плакать и кататься по полу в обнимку с моими боевыми половыми тряпками! |