Книга Укрощение строптивого ректора, страница 29 – Леон Монтан

— Хозяйка, держись! Его ж сейчас разорвёт!

Я осталась одна посреди разгромленной аудитории.

— Магнус… — я сделала осторожный шаг назад, упираясь поясницей в дверь узкой каменной кладовой для хранения сушёных трав и специй, и выставила вперёд ладони. — Милорд, давайте спокойно подышим! Это просто передозировка витаминами и паприкой! Сейчас я дам вам стаканчик холодного кефира, оно отпустит…

Дарк преодолел разделявшие нас пять шагов за один удар сердца.

— Кефир не поможет, Сабрина, — глухо, почти звериным рыком выдохнул он, обжигая моё лицо своим горячим дыханием.

Его стальные руки сомкнулись на моей талии, сминая кружевной фартук. Одним резким движением он распахнул за моей спиной тяжёлую дубовую дверь кладовой со специями, шагнул со мной в густой, дурманящий полумрак тесной каморки, пропахшей ванилью, корицей и сушёным чабрецом, и ударом ноги захлопнул створку на глухой засов.

Глава 8. Приправа для ректора

«Никогда не запирайся с заряженным мужиком в тесной кладовке со специями. Во-первых, чихать будешь до утра. Во-вторых, корица так въедается в кружевное бельё, что потом ни одной святой водой не отстираешь». — Из личного дневника ведьмы Сабрины Вейн.

В тесной каменной кладовой было темно хоть глаз выколи — если бы не сам лорд-ректор.

От кожи Магнуса Дарка в буквальном смысле шёл синеватый грозовой свет. Вспышки мелких, трескучих молний змеились по его плечам, путались в растрёпанных чёрных прядях и выхватывали из полумрака ряды дубовых стеллажей, уставленных пузатыми склянками, мешочками с шафраном и связками сушёного чабреца под потолком.

Воздух в каморке мгновенно раскалился, превратившись в густой, дурманящий коктейль из ванили, гвоздики, пряного жара моего борща и чистого, дикого мужского феромона.

— Магнус, вы… вы мне сейчас лавровый лист помнёте! — выдохнула я, когда он шагнул вплотную, вжимая меня спиной в край массивного стеллажа так, что на полке над нашими головами жалобно зазвенели банки с барбарисом. — И вообще, это склад казённого имущества! Держите свой тестостерон в рамках устава!

— К демонам твой лавровый лист, Сабрина, — прорычал он низким, вибрирующим голосом, от которого у меня подкосились колени. — Что ты намешала в это проклятое варево, ведьма?! У меня в венах жидкий огонь течёт!

— Это… это исключительно для укрепления защитного поля! — я попыталась упереться ладонями в его широкую грудь, но это было всё равно что толкать разогнавшуюся боевую колесницу. Под расстёгнутым воротом его кителя кожа пылала как печь, а мышцы были твёрдыми, словно литая броня. — Вам просто нужно пробежать двадцать кругов по плацу или отжаться сто раз…

— Я знаю способ получше, — хрипло оборвал он меня.

Его пальцы зарылись в мои волосы на затылке, выдергивая из причёски деревянные шпильки-ложки. Тёмно-каштановые локоны тяжёлой волной рассыпались по плечам, Магнус властно запрокинул мою голову назад и наконец сделал то, о чём мы оба думали с первой секунды на залитом дождём плацу.

Он накрыл мои губы своими.

Это не был вежливый столичный поцелуй — это был настоящий грозовой шторм, сносящий крыши и ломающий преграды! Жаркий, требовательный, голодный, с обжигающим привкусом острых специй. В нём было всё: и ярость генерала, которого три дня водили за нос, и слепая, сокрушительная страсть мужчины, у которого разом сорвало все вековые замки.