Книга Магнолия в объятиях тумана, страница 115 – Алёна Морская

— Наших сил не хватило, уже у колонн купол лопнул, и некоторым из нас пришлось прикрывать более слабых, вступив в схватку с этими тварями. К счастью, они не стали преследовать нас, когда мы пересекли «врата».

— Эй, Лилейн! – вновь позвала Бадрия, но девушка не откликнулась.

Вместо этого она села близ Аханы, направляя чистую силу в глубокие раны на лице и шее.

— Лилейн! – крикнула Бадрия в третий раз, но вмешался Улген:

— Боюсь, даже в полной силе ей не удалось бы излечить Лейфура, – произнёс мужчина ровным голосом. – Ему практически оторвало нижнюю часть тела.

— Но ведь она же магистр! – возмутилась, плача, девушка.

— Сейчас я не сильнее простого мага, – ответила, наконец, Ли-Льен. – Но даже будь я прославленным целителем с полным магическим резервом, как и сказал господин Улген, мне не совершить невозможное. Лучше я использую то, что осталось, на тех, кого ещё могу спасти. И ты тоже перестань тратить силы на мертвеца, лучше помоги остановить кровь у других.

«Нельзя слишком вовлекаться. Я никогда этого не делала, нечего и начинать. Они мне не друзья…» – добавила она себе мысленно.

— Как ты можешь говорить так жестоко?! – закричала Бадрия, с яростью глядя на неестественно спокойную студентку.

— Он…на пра-а…ва, – раздался еле слышный шёпот Лейфура.

Он глухо застонал, не открывая глаз.

Ли-Льен как раз закончила обработку раны на бледном веснушчатом лице, поэтому немедленно развернулась к невесть как пришедшему в себя юноше.

— По…можешь… мне? – спросил он, облизывая пересохшие губы.

— Нет! – заплакала Бадрия, отчего-то сразу догадываясь, о какой помощи идёт речь.

— Толь…ко… сначала… скажи, в чём… секрет… – «твоего везения в играх», хотел он продолжить, но сил не осталось.

Однако Ли-Льен поняла, что тот имел в виду.

— Неужели тебя так задели те поражения? – хрипло спросила она, кладя руку ему на грудь.

Сердце Лейфура забилось медленнее, и из тела разом пропала вся боль.

— Ха… ещё… бы, – пробормотал парень, открывая мутные, поблёкшие глаза.

Над ним склонилась красивая девушка в окровавленной одежде, со спутанными волосами и ранами по всему телу. Несмотря на это, она почему-то казалась Лейфуру богиней Элькотис, в руинах храма которой ему предстояло навсегда уснуть.

— Прости, но у тебя и правда не было и шанса, – медленно произнесла Ли-Льен, опускаясь к его голове. – Мой секрет в том, что я…

На последних словах она приблизилась к сáмому уху Лейфура, чтобы ответ мог узнать только он. Юноша еле слышно охнул.

— Ха… никогда бы… не… подумал.

Лейфур сглотнул, и взгляд его навсегда застыл. Ли-Льен почувствовала кровь на языке: она неосознанно прикусила губу.

Девушка резко встала и, больше не глядя на тело студента, направилась к тем, кого действительно могла спасти. Она прошла вдоль бесчувственных однокурсников, ища остро нуждающихся в помощи, и остановилась у ног Лагамара. Кожа бледного парня сейчас казалась пергаментной. Его грудь пересекала длинная кровавая полоса.

Ли-Льен несколько долгих мгновений стояла рядом, прежде чем вздохнула и приступила к лечению.

«…Но и не враги».

Когда с кровотечениями и перевязками ран было покончено, Ли-Льен достала из сумки тонизирующие зелья. Как-то так вышло, что в этом артефакте лежало полно всевозможных вещей, а из зелий – лишь антидот да недавно приготовленное для бессонных ночей варево.