Книга Сделка с миллиардером: Черный перец и ваниль, страница 14 – Мари Ли

— Боюсь, вы перепутали факты, Элина, — мягко, убийственно вежливо произнес Багиров, и от этого тона у многих присутствующих по спине пробежал мороз. — Анна — моя будущая жена. И, к слову, с сегодняшнего утра она является владелицей двадцати процентов акций холдинга, который я сейчас активно поглощаю. Включая долю вашего уважаемого отца.

Это был блеф. Гениальный, безжалостный, импровизированный блеф. Я почувствовала, как у меня самой на секунду перехватило дыхание, но я не повела и бровью.

У Вадима буквально подкосились колени. Он судорожно схватился за край фуршетного стола, сбив салфетницу, только чтобы не упасть.

— Что? — прохрипел Вадим, переводя безумный, загнанный взгляд с невозмутимого лица Руслана на меня. Его губы тряслись. — Аня... какие акции? Откуда... Ты же...

— А что касается статуса «бывшей»... — Руслан даже не удостоил Вадима взглядом, словно тот был пустым местом. Он обращался исключительно к Элине и замершим в предвкушении сенсации бизнесменам. — Полагаю, ваш спутник забыл упомянуть маленькую деталь? Он пытался усидеть на двух стульях, играя в любовь с вами и обманывая мою невесту, пока его с позором не вышвырнули на улицу?

Среди бизнесменов пронесся тихий смешок. Для них репутация была всем, и сейчас на Вадиме, как на деловом партнере, ставили жирный, несмываемый крест.

— Впрочем, — Багиров сделал паузу, добивая противника. — Я должен публично поблагодарить господина Скворцова. Если бы не его феноменальная, сказочная глупость, я бы никогда не встретил свою женщину.

Руслан повернулся ко мне. В его глазах больше не было льда — только искусная, блестящая, невероятно правдоподобная игра в страсть. Он плавно поднял мою руку, поднес ее к своим губам и медленно, глядя мне прямо в глаза, поцеловал внутреннюю сторону моего запястья. Там, где бешено бился пульс.

— Верно, дорогая? — промурлыкал он так, чтобы слышали абсолютно все журналисты.

Я посмотрела на бледного, жалкого Вадима. Человека, который украл мои деньги, растоптал мои чувства и предал меня ради кресла вице-президента. Его карьера, его связи, его отношения с истеричной дочерью босса только что с оглушительным треском рухнули прямо на глазах у всей московской элиты. Он стал никем.

А затем я перевела взгляд на мужчину, который стоял рядом со мной. На своего ледяного короля.

— Абсолютно, любимый, — я улыбнулась самой искренней, самой торжествующей улыбкой, на которую была способна. И в этот момент я даже не играла. — Некоторые потери — это лучшее, что может случиться в нашей жизни.

Оглушительная вспышка камер ослепила меня, фиксируя этот момент для истории. Завтра это фото будет на обложках всех журналов и порталов. Сделка вступила в силу. И пути назад уже не было.

Пробуждение было странным, дезориентирующим и пугающе тихим.

Вместо привычного, натужного гула старого советского холодильника за стеной и дребезжания первых утренних трамваев за окном, меня окружила абсолютная, стерильная тишина. Я открыла глаза и несколько долгих секунд непонимающе смотрела на незнакомый, идеально ровный потолок с замысловатой скрытой подсветкой, пытаясь вспомнить, как и почему я здесь оказалась.

А потом события вчерашнего вечера обрушились на меня лавиной, безжалостно сметая остатки сна.