Онлайн книга «Чайная под солнцем Тосканы»
|
— Невероятно вкусно. — В Италии выращивают около трехсот сортов томатов; этот называется costoluto fiorentino[54], он идеально подходит для пасты и супов, этот – pomodoro di Pachino[55], используется в салатах и пицце, а этот, San Marzano[56], называют «королем томатов»: в мякоти почти нет семян, на вкус он сладко-горький и идеально сочетается с моцареллой. Маттео явно был в ударе. Они подошли к следующему прилавку, за которым стоял старик с огромными седыми усами и карими глазами, в белой парусиновой куртке и соломенной шляпе с узкими полями. Тилли улыбнулась; в хлебе она разбиралась хорошо. — Вот это pane Toscano[57]; традиционный тосканский хлеб, хрустящий снаружи и мягкий внутри, делается без соли, без добавок и консервантов, а значит, быстро засыхает и хорошо подходит к супу и другим блюдам. Мы тосканцы ничего не выбрасываем, все идет в дело. О, а это schiacciata[58] – довольно соленая маслянистая лепешка, она сочетается с прошутто и salame Toscano[59], а это coccoli[60], обычно подается с мягким сыром в качестве закуски. Тилли осмотрела красиво разложенные на прилавке длинные бруски чиабатты, усыпанные черными оливками, квадратики мягкой фокаччи, посыпанной солью и розмарином, посыпанные мукой круглые буханки паньотта, а также сладкий хлеб вроде buccellato di Lucca[61] с анисом, маленькие булочки с хвостиком – brioche col tuppo[62] – и корнетто, итальянская версия круассана. Ни следа пластиковых упаковок, каждый батон явно сделан вручную, с заботой и вниманием к деталям. — Пойдем, aperitivo ждет! Мгновение спустя она сидела напротив Маттео на летней веранде удивительно тихого кафе на небольшой мощеной площади, в стороне от туристических маршрутов, пила «Апероль-шприц» и грызла панини, порезанные на квадратики с грибами, прошутто с руколой или моцареллой и свежими помидорами, которые она пробовала ранее, с рваным базиликом. Рядом стояли миски с овощами с заправкой из оливкового масла, лимонного сока, чеснока и морской соли. После диеты из тостов с маслом ее вкусовые рецепторы ликовали! Но после ее приезда в Тоскану изменилось не только это. Раньше, когда они с друзьями ходили в бар, стоило разговору стихнуть, как все, включая ее, тут же тянулись к телефонам, чтобы проверить почту или обновить социальные сети. Однажды, вспомнила она, Фрея забыла телефон в другой сумке и приехала на встречу без него. Она протянула тридцать минут, после чего извинилась и поехала домой. Здесь все было не так. Люди не читали поток бессмысленных уведомлений, а расслабленно сидели за столиками и наслаждались миром вокруг. Тилли заметила, что делает то же самое. Она выдохнула, запрокинула голову и удивилась, увидев тяжелые грозовые облака и заметив, как повысилась влажность. — Кажется, скоро… Но она не успела закончить: ее прервал зловещий рокот грома, а затем потоки воды с силой застучали по мостовой, заставив пешеходов срочно искать укрытие. Маттео протянул ей руку, она взяла ее, надеясь, что он поведет ее в кафе, где они могли бы спрятаться, пока не закончится дождь. Вместо этого он повел ее в другую сторону – в центр площади, – и вскоре волосы Тилли прилипли к лицу, а одежда промокла насквозь! — Боже, Маттео, что ты… Дождь все так же хлестал, а Маттео поднял руку и закружил Тилли, затем притянул к себе, заглянул в глаза и оставил на ее губах мучительно короткий поцелуй. Затем он снова закружил ее и повернулся сам, танцуя с ней по площади, мокрая рубашка облепила его тело. Ей оставалось только смеяться и жить мгновением; первый танец под дождем с мужчиной, от которого ее сердце пело. |